Нивервир лежал на крыше своей башни и, нежась под лучами, застывшего тысячелетиями назад, солнца, дремал. За последние двадцать с лишним дней он устал, наверное как никогда раньше. Король не имел опыта плотного общения с детьми и тем более их воспитания. У него не было ни братьев, ни сестёр, чтобы хотя бы представлять, как вести себя с драконышами, с гибридной самкой, чьё сознание недалеко ушло от детского. Да и его собственные родители не уделяли ему особого внимания, чаще всего предоставляя молодого принца самому себе. Он и сам считал такое отношение правильным и оптимальным: детёныши должны сами учиться исследовать мир, слушать инстинкты. Но, возможно, дело было в том, что королевские драконы взрослеют раньше прочих, и его период детства длился только два года до того самого момента, когда он встал на крыло. Сыновья Трефалкира могли об этом пока только мечтать, попутно донимая взрослых драконов расспросами. Благо чернокнижник неплохо их воспитал, и черту надоедливости они не переступали, интуитивно опасаясь незнакомых родичей. Если взрослые драконы недолюбливали чернокнижника, то к его детям относились терпимо, примирившись спустя какое-то время с их необычной внешностью. Выступающими нижними челюстями, слегка недоразвитыми верхними у Бэйлфара и Фангрэнэ, цветастыми языками и слишком крупными размерами Сардоласа. Его все принимали за сверстника Роулсанэ, исправно приглядывавшей за драконятами, и очень удивлялись, когда дети самодовольно сообщали, что им троим нету и двух лет со дня вылупления. Драконыши очень спелись за это время с юной морской драконицей и уже обсуждали совместные планы на такое далёкое будущее, что любой взрослый дракон лишь снисходительно улыбнулся бы. Вчетвером облететь все драконовы земли, увидеть настоящие чудеса природы, может, открыть новые просторы. Самка обещала показать им необычные морские глубины, от чего драконыши пришли в полный восторг. Когда они тосковали по отцу и выражали свои страхи за него и за мать, которую ни разу не видели, Роулсанэ их утешала, прижимала к шее и подбадривала. Они видели в ней не то старшую сестру, не то воспитательницу. Вероятно, потому что впервые столкнулись с таким неким подобием материнской заботы. И даже сама Роулсанэ начала испытывать за них больше ответственности чем раньше. Но, скорее всего, из-за инстинктов, заложенных природой. Самки подсознательно заботятся о потомстве, самцам в этом плане труднее. Наверное то, как Трефалкир воспитывал и опекал своих чад, было очень редким явлением и было возможным благодаря его невероятной любви к Азайлас.
