День шестьсот девяносто шестой. С запасами провизии отплыли из главного порта Фурина.
День шестьсот девяносто девятый. На корабле обнаружен посторонний. Это фуринская девчонка, её зовут Василина. Пытаюсь выяснить цель, с которой она проникла на наше судно.
Лорд Пактоши закончил читать и пролистал пустые страницы до конца дневника. Потом взял с прикроватного столика нож и вскрыл корешок, проверяя, нет ли там спрятанных записей. Потом отделил форзацы от кожаной обложки и убедился, что там секретов нет. Наконец он отложил истерзанный дневник в сторону.
– Чёртов граф ищет наследника… нам нужно найти его раньше, – задумчиво проговорил Пактоши.
Он вскочил на ноги, взобрался на кровать и пополз к двери с цветными лентами. Через минуту вошли слуга со шрамом и ухмыляющийся Сучок.
– Ты проваливай, идиот! – буркнул Пактоши на слугу, – а для тебя, ниасёл, у меня есть одно задание… с достойной оплатой! – Сучок расплылся в слащавой улыбке. Лорд продолжил:Нужно кое-кого найти, выследить, и жестоко убить!
– Это по моей части, господин! Кого же ждёт эта неприятная участь?
– Наследника короля Ленарда!
Аксель потихоньку поправлялся и уже начал выходить во двор обители. Лежа в своей постели, он много разговаривал с Августом. Молодой монах рассказывал о братстве и обители, читал вслух. Аксель узнал, что Август его ровесник. Парень вырос в обители и ничего не знал о своих родителях. Аксель чувствовал какое-то родство с этим нескладным, но добрым парнем. Иногда заходил Марк и тогда уже оба юноши с интересом слушали какую-нибудь древнюю легенду, которых в голове аббата были стони. Аксель в свою очередь рассказал братьям о своём наставнике, который обучал его письму, владению мечом и даже тому, что такое магия. Марк, услышав это, усмехнулся:
– Не старайся, Аксель, малыш, – мы тут не верим в магию.
– Да, я знаю, – весело ответил Аксель, – ни одно слово не заставит материальный предмет нарушить законы физики и химии, однако словом мы можем воздействовать на восприятие людей… это мой учитель и называет магией.
– Ого, – Марк удивился, – да твой учитель… – он немного помолчал, задумавшись, – хотел бы я с ним поговорить!
– Мы это устроим, – улыбнулся Аксель.
Вскоре рана затянулась, и Аксель настолько окреп, что начал участвовать в тренировках братьев, которые, впрочем, скоро ему наскучили. Тогда он рассказал Марку о тех, тренировках, которые они проводили со стариком, используя подвешенные брёвна. Эта идея заинтересовала аббата, и уже через день на обычной площадке для тренировок братья вкапывали две высокие мачты. Аксель показал, как нужно драться с раскачивающимся противником. В этот момент Марк окончательно поверил, что юноша мог зарубить своим мечом двух головорезов. Движения этого парня были лёгкими и быстрыми, точными и очевидно смертоносными.
Акселю нравилось в обители. Братья относились к нему очень хорошо, его уважали. Сейчас он даже представить не мог, что есть место на земле, где над ним смеялись, где его не любили и не воспринимали всерьёз . Ему не хотелось уходить, но он знал, что скоро придёт время отправиться к замку. Иначе быть не могло.
Однажды Август предложил ему остаться.
– Да, брат, – ответил Аксель, – Я хотел бы остаться у вас подольше! – Он не понял, что имеет в виду молодой монах.
– Я не об этом… – ответил Август, – не хочешь ли ты остаться с нами насовсем? То есть… – он немного помялся, – стать одним из нас.
Аксель молчал, глядя на синее небо в узком окне кельи. Его вовсе не смущали скромность и порой даже скудость быта братьев, его не пугали ни работа, ни обязанности, ни тренировки. Более того – ему всё это нравилось… всё это было так интересно и… что важнее всего прочего:, он чувствовал, что он здесь нужен. Когда он жил со стариком, то понимал, что помогает, было здорово и интересно, но тут всё было иначе. Здесь, в обители, Аксель понял, что от него что-то зависит. Он понял, что именно он, именно такой, какой есть может приносить настоящую пользу. Он раньше никогда не испытывал подобных чувств.
– Август… я рассказывал тебе, как впервые увидел замок?
– Да, брат, рассказывал, – молодой монах ожидал услышать совсем не это.
– Бывает такое, что ты всем сердцем хочешь совершить какой-то поступок. И всё вокруг тебя говорят: «Да! Это правильное решение!» Но ты всё равно почему-то поступаешь иначе… не знаешь, почему это?
– Я не знаю, брат…
На следующий день после общей тренировки к Акселю подошёл аббат Марк. Август вдруг съёжился и поспешно удалился.
– Пройдёмся? – предложил Акселю аббат.
– Конечно! – некоторое время они шли молча вдоль каменной стены обители.
– Август говорит, что тебе нравиться у нас. Я и сам вижу, что тебе здесь хорошо, – начал Марк, – но я так же вижу и другое, – Аксель посмотрел на него с интересом.
– Что другое?
– Знаешь… Август передал мне твои вчерашние слова – ты не обижайся на него… – Марк вздохнул, – бывает такое, что мы хотим совершить какой-то поступок, как будто всем сердцем, и разум наш говорит о том, что это будет правильно и люди вокруг говорят, что это правильно, однако мы поступаем иначе…
