Драматургия ГДР полностью

Д е в у ш к а  быстро уходит. Крики детей, играющих в войну. М о л о д о й  ч е л о в е к  стучит пальцем по груди нарисованной женщины и, насвистывая, уходит следом за девушкой. Д в о е  м а л ь ч и ш е к  в заржавленных шлемах и противогазах, с разломанными автоматами в руках. Т р е т и й, самый маленький, изо всех сил барабанит по горшку.

П е р в ы й  м а л ь ч и ш к а («стреляет» и орет). Убит!

В т о р о й  м а л ь ч и ш к а. Не считается.

П е р в ы й  м а л ь ч и ш к а (бросается на него и валит его на землю). Отдавай оружие. Ну! Пошел!

Дерутся за оружие.

В т о р о й  м а л ь ч и ш к а. Я американец, американцы всегда побеждают, сказал отец. («Стреляет».)

П е р в ы й  м а л ь ч и ш к а. Всю игру испортил.

В т о р о й  м а л ь ч и ш к а. А ты трус.

Д в о е  м а л ь ч и ш е к, продолжая драться, уходят. Т р е т и й  следует за ними, барабаня изо всех сил.

Д в а  г о с п о д и н а  с портфелями.

П е р в ы й  г о с п о д и н (на ходу). Насколько я понимаю положение, мы идем к войне. Америка этого никогда не потерпит. Знаете, что я слышал? (Оглядывается и шепчет.)

В т о р о й  г о с п о д и н. И они еще говорят, что война не является неизбежной. (Подняв палец.) Не является!

Смеясь уходят.

Д в о е  с т р о и т е л ь н ы х  р а б о ч и х входят в пивную. Хозяин подает им пиво.

П е р в ы й  р а б о ч и й. Еще восемь дней. А потом будем напиваться чистой водой.

В т о р о й  р а б о ч и й. Мой холодильник в помойном ведре, давно уже без работы. Еще восемь кружек.

Х о з я и н. Господа оттуда?

П е р в ы й  р а б о ч и й. Ну и что?

Х о з я и н (высоко подняв стакан с водой). Вы видите, что я пью? Воду. Вы думаете, хозяин пивной может пить пиво. Здесь нет. В восточной зоне это невозможно. Здесь среднее сословие подыхает с голоду.

П е р в ы й  р а б о ч и й (похлопывая хозяина по животу). Это тоже от воды?

Х о з я и н. Рабочему человеку не до смеха. Лучше безработица, но свобода.

П е р в ы й  р а б о ч и й. Согласен. Мы принимаем у тебя пивную. (Второму рабочему.) Пусть он покажет тебе приходно-расходные книги, Ханке! (Хозяину.) Закладные тоже есть?

Х о з я и н. Ваше счастье, что вы не на моем месте.

Р а б о ч и й. Зажал пиво? Это тебе дорого обойдется.

Х о з я и н (струсив). Так и быть. Для вас найдется по кружке.

Рабочие выпивают пиво и уходят.

В пивную входят  К а р р а с  и  Ц е м к е. Хозяин приносит пиво и водку.

Ц е м к е. У тебя есть сигарета? Спасибо.

К а р р а с. Балке вое еще не сдается, бешеный пес.

Ц е м к е. Его надо проучить, оставить зарубку на память.

Каррас молчит.

Он сегодня опять задержался на работе. Домой поедет на велосипеде один, должен проехать мимо.

К а р р а с. Балке упрямая скотина.

Ц е м к е. Подлец он. Я в этом хорошо разбираюсь. Я был самым красным из всех. Кулаками защищал мировую революцию. Они меня били по голове и пинали в задницу. Полиция и рейхсвер. А я думал: порядок, все это ради мировой революции. Потом я заметил, что наше руководство не на высоте. Как только я это заметил…

К а р р а с. Ты пошел в С. А.

Ц е м к е. Как?

К а р р а с. Разве ты не был в С. А.?

Ц е м к е. А тебе какое дело? (Пауза.) Партия есть партия. Все одинаковы. Пустые обещания и касса, полная рабочих грошей. Мировую революцию мы сами должны совершить, Каррас. От этого нас никто не освободит.

К а р р а с. Балке подложил нам свинью с нормами. За это он получит восемь марок в час, а от меня такую памятку, что не сможет больше залезть в печь. А свою мировую революцию можешь делать один, Цемке.

Ц е м к е. Выстрелишь?

К а р р а с. Нет.

Ц е м к е. Если захочу, буду получать двадцать марок в час. Но водить меня за нос больше не позволю.

Пауза.

К а р р а с. Мы его предупреждали. (Идет к дверям, выглядывает на улицу.) Вот и он.

Они выходят на улицу навстречу  Б а л к е.

Слезай, Балке.

Б а л к е (останавливает велосипед и слезает). Что вам надо? Да вы же пьяны в стельку.

К а р р а с. Мы тебя предупреждали, Балке.

Б а л к е. Что вам нужно?

Цемке бьет его. Велосипед падает.