— Я хочу, чтобы репутация магов не пострадала. Всё, что сдерживает простолюдинов от бунта против магии — это наш непреклонный авторитет честности.
— Бросьте вы. Мир не настолько жесток.
— Албин, просто проголосуйте: за или против?
— Я голосую против, — резко вмешался директор.
Для Брассики не осталось незамеченным, как Урбан скверно отреагировал на голос директора Ларса. Он всем корпусом отвернулся в сторону от него.
— Брассика должна быть осуждена иным способом. Её знания, полученные в путешествии, могут нам пригодиться для уяснения всех причин происходящего в королевстве. Кроме того, было бы глупостью заниматься весьма варварской практикой, которую мы не применяем уже несколько веков.
— Ну, почему же варварскую… — прогудел Урбан.
— И эта ученица понесет очень серьезное наказание. Но сейчас я голосую против. Против казни.
Урбан повернулся к Албину со словами: «А вы, мой друг, будете миндальничать или покажете волю?
— Я покажу волю. Хочу показать. Не знаю, как же кружится голова.
— Албин!
— Голосую за, — испуганно Албин взвизгнул. Он виновато посмотрел на Брассику: «Простите, умоляю простить!».
«Уже двое за мою смерть», — кричало в голове девушки. Её бросало в пот.
— Сказать по правде, в правилах гильдии есть множество других видов наказания. Проступки ученицы жестоки, но смерть чрезмерно груба и беспощадна как кара, — с этими словами декан Фредерика неуверенно поднялась со скамьи. Тело сильно трясло, она поглядывала на директора и первого декана. — Я не выступаю защитницей Брассики. И не очень верю в правдивость рассказанной истории. Но мой голос против.
— Что ж, голоса разделились поровну, — заметил директор.
Спустя минуту, пока все сидели в полном молчании, в залу ворвалась Доминея. Брассика, к тому времени изрядно уставшая, взглянула с надеждой на появившегося декана. Эта женщина была крепким, но чистым и тёплым ветром, словно отгоняющий всё затхлое и увядшее в мире. Из всех магов Академии только она и директор Ларс закалены в боях и сражениях. Все прочие только «учили». Доминея, внешне всегда суровая, имела пристальный взгляд к вещам, и среди учеников славилась необычностью нравов. Маги Эйны старомодны по духу и редко желали перемен. Будучи вольным профессором, Доминея всегда после путешествий приносила с собой что-нибудь новое. Наверное, она единственная, кто знал королевство вдоль и поперек.
Потому Доминея для Брассики казалась самым близким человеком на свете. Как и она, Доминея всегда находилась в напряжении, её округлое лицо, устремленный взор, сжатые губы и родинка точкой ниже рта формировали образ непосредственности, готовности к сиюминутному действию и глубокому постижению мира.
— Приветствую! Да, это я, — декан поклонилась. От лучистого золота амальгамовые доспехи на её теле переливались необыкновенной гаммой. — Директор Ларс, мое почтение.
Директор сделал очень тонкий кивок в сторону скамьи, но декан отказала ему уверенным жестом.
— А мы тут обсуждаем судьбу этой преступницы, — сказал Урбан, явно напряженный. — Двое за наказание, двое за помилование. Всё вас ждём.
— Каково наказание? — спросила Доминея.
— Никто не говорил о помиловании. Наказанием сейчас предлагают избрать смерть, — поправил директор.
— Исключено. Я голосую против.
«Слава богам!», — Брассика засияла от счастья. Все, кроме старого высокомерца, вздохнули с облегчением.
— Ох, конечно. Я совсем забыл. Наша Доминея за всё хорошее и против всего плохого, — съехидничал Урбан.
Доминея пропустила мимо ушей данный упрек.
— Директор Ларс, неделю назад вы отправили меня с ответственным поручением.
— Ну, итак?
— Боюсь, всё хуже, чем предполагалось ранее. Я обнаружила три башни мистического пути, не начертанные на нашей карте в библиотеке Эйны. Теперь они отмечены, но одни боги знают, кто ими пользовался за пределами нашего зрения.
— Три? Целых три неизвестных нам башни? Как мы могли об этом не знать?
— Возможно, их шесть.
— Так три или шесть?
— Башни отличаются от тех, что были возведены древними людьми и магами Выша. Я бы сказала, их устроили в тайных местах. Будто никто не должен о них знать. Эти башни работают только в одну сторону — я не могла выбрать свой путь на звёздной лозе. Если бы не одна из них, расположенная в чертогах башни света, то добираться мне пришлось ещё два или три дня до замка.
— Все башни в королевстве не работают, а эти действуют? Постойте, вы сказали — в башне света?
— Да. Я переместилась прямо в покои архимага. У меня в ушах до сих пор его визг. Вход в эту башню в находится руинах Выша, откуда я, собственно говоря, вернулась.
Директор, в Выше что-то происходит. К руинам стекаются соседние гоблинские племена. Они очевидно собирают армию для какого-то похода. Другого сравнения у меня для вас нет. Кажется, это война.
Последние слова Доминеи вызвали ропот. «Не может быть», — со смешком заявил Албин. Деканы стали препираться.
