Брассика тоже пожелала высказаться, но на одеяние сверху что-то капнуло. Изнутри её угнетало нечто хаотическое, безграничное по силе воздействия: кровь пошла из носа и ушей, вышла слезой из глаз. Она дернулась встать, но ноги подкосились.
Мир для неё исчез.
В круглой комнате два колдуна непрерывно читали заклинание. Пентаграмма оазиса, целебное кольцо с магическими плетьми, поглощала тело Маркуса, исцеляя его. Он не шевелился, не говорил и не думал; из него выходили яды, иногда его сильно рвало, а из-под ногтей шло черной скверной.
Любопытных учеников и учениц за шкирку выводили дежурные. Так продолжалось день или два, а может и больше. Однажды, когда сознание на миг вернулось, он услышал обрывок разговора:
— Так кто это? Чемпион?
— Что? Нет конечно. Обычный стражник, а теперь наемник, вот и всё.
— Обычный стражник, убивший королеву гоблинов. Интересно.
— Со слов воровки, он её не убивал, это сделала она.
— А что, если возродился герой, победивший Князя тьмы?
— С чего бы ему возрождаться спустя двадцать с лишним лет? Глупости.
Когда Маркусу стало легче, он принялся вспоминать всё, что с ним случилось в последний день перед тем, как попасть в Академию магии. Атропа и его друг Рудольф покинули их. Уже породнившиеся фигуры быстро двигались в направлении Северной церкви Эйны, повернув на левую купеческую улицу. Шпиль этого храма, как маяк, сиял в лучах утреннего солнца, указывая направление.
— Как ты думаешь, он вернется? — спросила у него Брассика.
— Рудольф?
— Угу.
— Конечно, — уверенно заявил Маркус. — Он человек чести. Почему отец Рудольф должен нарушить клятву?
— Не знаю. Вот Атропа попросила освободить её от обета. Что мешает и ему отказаться от обещания?
— Разве мы не исполнили свое обещание? Мне казалось, наш путь здесь завершен. Королева гоблинов побеждена, и теперь я должен освободить Выш.
— Хотелось бы верить в это… Но разум мой подсказывает: мы возбудили нечто господствовавшее над ней самой.
Маркус почесал заросшую щеку. Ему всё ещё плохо. Яд травил его: лицо выглядело серым, руки были бледны, а сорочка без доспехов напоминала грязную крестьянскую рубаху. Брассика обещала его спасти. Лишенная помощи учителей, Брассика не знала, как избавиться до конца от отравления. Вся надежда на Академию магии.
— Ну и что? Победим и это чудище. Но сначала я отдохну, — ответил Маркус, оперевшись на каменную ограду.
— К счастью, мы живы, — Брассика попыталась воодушевить его. — Наш план, признаюсь, с самого начала звучал по-идиотски. На удивление удачным оказалось наше путешествие. До сих пор не могу поверить, что вы на него согласились. Я буду просить о твоем выздоровлении в стенах Академии. Договорюсь, обещаю.
— Почему странно? Удача и моя храбрость победу выковали, — гордо заявил Маркус. — А то, что согласились на путешествие, так это благодаря Рудольфу. Он так настаивал, что я не посмел ему отказать.
— Вот как? — сказала Брассика. — Что ж. Пошли, Маркус, не будем терять времени на простой. Боюсь, в Академии меня ждет очень горячая встреча.
— Почему? — удивился Маркус.
— Скоро узнаешь.
И вот узнали. Он помогал преступнице, беглянке, укравшей у собственной гильдии какие-то драгоценности. Всех подробностей Маркус так и не узнал, но и услышанного достаточно. По законам королевства бандитам полагается смерть. Неприятно закончить жизнь на плахе.
Хорошо, что слово свое сдержала — колдуны лечат от ран…
Теперь у него появилась слава. Маги в Академии относятся к нему с некоторым уважением или интересом. Некоторые искренне называют его перерожденным, но Маркус постоянно повторяет, что он простой человек.
Следующим утром, после того, как двое заклинателя подтвердили излечение, его отправили на встречу с директором Ларсом.
Покои директора мало отличались от остальных залов. За исключением того, что количество книг и свитков превышало все разумные пределы. В стеклянных колбах содержался мистический огонь, а на столе мерно, капля за каплей, показывали время водные часы.
— Уму непостижимо. Вы согласились пойти в наемники к девице с неясным прошлым, — первым взял слово директор. Он сидел в кресле из стеклянных кристаллов. Наверное, оно не очень удобно, но Ларс в нём не испытывал затруднений. — А ещё взяли с собой священника, которого отлучили от церкви за непослушание. И откуда-то раздобыли для похода женщину из древнего народа. Вы знаете, что сейчас люди в королевстве к остроухим относятся, мягко говоря, не очень хорошо?
— Знаю.
— Мои ученики уже ищут трактирщицу. Говорят, что она оставила в городе детей перед тем, как отправиться в путешествие. Опрометчивый шаг. Смута нарастает. К древним народам относятся с пренебрежением и страхом. От страха до ненависти шаг. Кстати, ваш духовный наставник пришел в наш храм. Выглядел как свинья. Нет, он не пил, но помотало его по здешним канавам. Я разрешил принять его в наши покои. Скоро вы встретитесь с ним.
— Спасибо. А где же Брассика? Что с ней?
— Она здесь. С ней всё в порядке. Нужен день отдыха, и она будет готова отправиться в путь.
