Грифон оглянулся, развернулся и медленно пошёл в сторону Марка. В нескольких шагах от голубого сияния он остановился, а Орэн крикнул:
— Марк, они на нашей стороне! Нам нужен целитель для «девушки» на снегу, у неё сломано крыло и контузия!
Только сейчас Орэн заметил, что рядом с Марком стоит Марена, и с ужасом подумал, что развод ему обеспечен. Сказать, что она была недовольна происходящим — ничего не сказать: её глаза сверкали яростью, а рука в перчатке так сильно сжимала копьё, которое она держала как посох, что Орэну показалось, что она его вот-вот переломит на две части.
Грифон тут же его пожалел и погладил хвостом по здоровой ноге:
Орэн искренне мысленно поблагодарил его за заботу и погладил по шее.
Марена бросила копьё в снег и пошла в их сторону.
— Марк, впусти! — приказала она, подойдя к голубому свечению.
— Входи, — спокойно ответил Марк. — Входить не запрещено.
Марена прошла голубое свечение, будто его здесь и не было, и, не глядя на Орэна, прошла мимо него ко второму грифону.
Орэн обернулся — его жена подошла к голове грифона и, опустившись рядом на колени, спросила:
— Я целитель. Можно мне до тебя дотронутся? Больно не будет.
Грифон одобрительно фыркнул, Орэн крикнул:
— Она согласна!
Марена никак на него не отреагировала и уже гладила грифонами по шее.
— Я буду исцелять твоё крыло, но ты не вставай, даже если почувствуешь себя лучше. Прошу, дождись, когда я уберу руки.
Грифон одобрительно фыркнул, а Марена встала и обошла его со спины, присаживаясь на снег рядом с крылом.
«Я смотрю, они и так понимают друг друга, — облегчённо подумал Орэн. — Я ей для этого не нужен, а она моё доказательство, что „девушки“ на нашей стороне. Наверное, этого достаточно?..»
Орэн отвернулся и снова посмотрел на Марка — тот слегка улыбался, но всем видом показывал, что купол убирать не собирается.
«Ждёт разрешения Яромира», — подумал Орэн и почувствовал, как по всему телу растекается предательская слабость, а сознание заволакивает серым туманом.
«Хоть бы дождаться Яромира», — подумал он и зацепился за эту мысль, как утопающий за соломинку.
Его грифон улёгся на живот и сложил крылья. Орэн продолжал ровно сидеть в седле, даже не пытаясь спрыгнуть на землю, небезосновательно считая, что он либо сразу же потеряет сознание, либо будет жалок в своих потугах стоять ровно и с достоинством. Ни то, ни другое его не устраивало.
Как Яромир оказался рядом с Марком, Орэн так и не понял, ибо тот словно выплыл из тумана. Осмыслить он это и не пытался, а лишь стал внимательно следить за действиями Старейшины.
Яромир что-то тихо сказал Марку, на что тот крикнул:
— Выходи!
Синее сияние исчезло.
— Идём к старцу с седой бородой, — попросил Орэн и погладил грифона по шее.
Грифон поднялся на лапы и побрёл в нужную сторону — Орэна закачало в седле и затошнило, закружилась голова, но он удержался в седле.
Когда грифон остановился на почтительном расстоянии в пяти шагах от Яромира и Марка, Орэн произнёс, глядя на Яромира:
— Обе «девушки» на нашей стороне. Я им обещал уважение, еду и гнёзда. Та, у которой сидит Марена, нуждается в исцелении — у неё сломано крыло и контузия. Я смею утверждать, что я с поставленой задачей справился.
— Принято, — безэмоционально сказал Яромир.
Вдруг как по щелчку пальцев серый туман в голове Орэна сменился тёмной мглой. Следующее же, что он почувствовал, — боль в левом плече и обжигающий холод, коснувшийся щеки.
«Ну, хоть ударил не в „грязь“ лицом», — мысленно усмехнулся Орэн и отключился.
Орэн очнулся и открыл глаза — над ним бесконечной яркой лентой сиял Млечный Путь.
«Похоже, меня тут забыли», — усмехнулся он, разглядывая звёзды.
Он пошевелил почти перекушенной ногой и понял, что она вполне здорова. Сел — с него соскользнул плед.
«Всё-таки не забыли», — была его следующая мысль.
Он сидел там же, где и свалился с грифона — посреди центральной площади Яренки, на толстом шерстяном пледе, укрытый сверху ещё одним таким же. Орэн оглянулся — один грифон спал справа от него, спрятав лапы под себя, а голову под крыло. Второй — за ним. На снегу перед ними были тёмные пятна.
«Значит, их покормили», — облегченно подумал Орэн.
— Как самочувствие? — спросил знакомый голос слева.
Орэн посмотрел в ту сторону и только сейчас заметил тёмный силуэт, сидящий на пледе на снегу.
— Выспался, — усмехнулся Орэн. — А ты меня всё это время стерёг, Марк?
— Грифонов я стерёг, — ответил Марк, а потом вздохнул: — Но они никуда не убегали. Эх-х-х…
Орэн усмехнулся, а потом серьёзно сказал:
— Благодарю за купол. Ты меня очень выручил.
— Рад был помочь, — задумчиво ответил Марк.
Орэн встал и прошёлся. Снег заскрипел под его ногами, а кусок сапога и штанины съехали вниз, оголяя полностью здоровую ногу, даже без шрамов.
«Значит, не показалось, — удивился он. — Они меня полностью исцелили и всего за несколько часов. Интересно, кто?»
— Не знаешь, кто меня исцелял? — спросил он, вернувшись обратно и усевшись на плед, скрестив перед собой ноги.
