— Ратобор очень благородный человек! — возразила ему Полина Степановна. — Помог нам выкопать эти сокровища! Представляете, какие мы теперь богатые? Подвески! Колье — и с жемчугами, и с изумрудами! Кольца исключительной красоты! — говорила она, примеряя перечисляемые ювелирные изделия.
Чуров, наблюдая за ней, прикидывал: как бы сказать старушке о том, что всё это — государственная собственность, а не её личные цацки. Но так и не смог подобрать нужных слов.
А Полина Степановна — то колье на себя приложит, то кольца примерит, которые почти все были ей маловаты. И она их — то на мизинец цепляла, то на первый фаланг пальца.
— Мне вот это изумрудное колье нравится, — заявила она, показав его хмурой Аронии. — Представляешь, как оно будет смотреться с моим бальным платьем?
— Представляю, — упавшим голосом сказала та.
Это колье было не только с изумрудами, но и с бриллиантами. А в средине него висел большой зелёный камень, кабошон, вроде, называется. Всё было очень тонкой работы. Перстень был даже нужного размера.
Арония отвернулась — всё эти драгоценности добыты разбоем!
Владислав сочувственно приобнял её. А что тут скажешь — хоть Ратобор и жулик, но решение-то о выемке клада принимала она.
Камушков он Смугляку дал! Как бы ни так!
Но делать нечего, не век же стоять над пустой ямой и не менее пустым сундуком.
Где там ребята? Майор позвонил им, едва начав копать яму — уже должны бы подъехать. К разбитому корыту, вернее — к опустошённому магом сундуку. Ведь Арония уверяла его, что всё будет тип-топ. И Калина подаст им бесценный клад чуть не на блюдце с голубой каёмкой.
Подал!
Полицейские вошли во двор вместе с экспертом, которого они захватили заодно из музея по пути сюда.
Костя и Петро были одеты в полное обмундирование и при оружии — как и полагается стражам порядка при охране особо важных объектов. А Иезекииль Натанович — напротив, был в какой-то затрапезной куртке и резиновых сапогах. Видно, слова майора об огороде, где обнаружен некий клад, он понял слишком буквально. Поздоровавшись с присутствующими, они подошли к майору и стали с ним о чём-то шептаться. Видно, тот вводил их в курс дела: клад есть, но его, вроде, и нет почти.
— О, полицейские! — удивилась Полина Степановна, продолжая любоваться своим перстнем. — Зачем они здесь?
— Бабуль, вы только не волнуйтесь! По закону этот клад принадлежит не нам, а государству, — пояснила Арония, а старушка тут же непроизвольно спрятала руку с кольцом за спину. — Его придётся отдать.
— Как, отдать? Кому? Он же наш! — воскликнула та. — На нашем огороде был!
— Не волнуйтесь, Полина Степановна! Поскольку этот клад найден на территории частного домовладения, вам обязательно выплатят половину его стоимости! А если б он был обнаружен на общественной территории, то нашедшему клад вообще ничего не полагается. Так гласит закон, — подойдя, пояснил ей майор. — Не волнуйтесь — всё будет официально. Его ценность определят специальные эксперты, а пока я пригласил научного сотрудника из музея — Иезекииля Натановича. Он произведёт предварительную оценку его исторической ценности.
— Но мне не надо никаких денег! Пусть государство забирает себе половину клада! Хоть эти жемчуга, что ли! Остальное моё!
И, нагнувшись, Полина Степановна суетливо поделила драгоценности в сундуке на две неравные кучки. В одной, что побольше, оказались жемчужные колье и кольца, в другой, поменьше — всё, что с изумрудами.
— Зачем вы их сюда позвали, майор? Это нечестно! — распрямившись, обиженно сказала Полина Степановна Чурову, покосившись в сторону эксперта и ребят. — Ратобор поступил гораздо благороднее! Он всё нам оставил! А вы…
Майор только хмыкнул, но промолчал — тоже ещё, благодетель нашёлся! Унёс всё, что мог! А эта мелочь, наверное, случайно выпала!
— Бабуля, зачем вам эти изумруды? Куда вы в них пойдёте? Выступать в Доме Ветеранов? — увела разговор в сторону Арония. — Это — музейное достояние!
— Будьте благоразумны, Полина Степановна! — увещевал её и майор. — Мы всё делаем по закону! Вам отдадут половину стоимости.
— А я не хочу по закону! О, я придумала! Потом на те деньги, что нам выплатят, куплю такое же изумрудное колье! — решительно заявила та. — Чтобы передать его Аронии по наследству. Как какая-нибудь графиня! — гордо улыбнулась старушка. — Чтобы она обо мне чаще вспоминала!
— Рано вам о таком думать, бабуля! — отмахнулась девушка. — Я вас и без колье люблю и буду всегда помнить!
— А с колье любила б больше! — упёрлась на своём Полина Степановна.
— Ну, хорошо, купите вы колье. А дальше что? — вмешался Чуров. — Ведь такая старинная вещь может быть только у бандитов — ворованная, из музеев и личных коллекций, — хмыкнул майор. — А они не любят расставаться со своими цацками. Того и гляди, потом придут и заберут у вас свои изумруды обратно.
— Как это — заберут? — не поняла Полина Степановна. — Я не отдам!
— Они согласия не спросят! Просто убьют, чтобы деньги не возвращать. И свидетеля преступления не оставить! — вздохнул он. — Быстро просекут, что защитить вас некому.
— Страсти-то какие! — ужаснулась старушка. — Вы шутите?
