л. 3 об. город Волок и людей приведи оттуда». И показал на возвышенность рядом, и сказал ему: «А на этой горе поставь церковь Воздвижения Честнаго Креста Христова и создай монастырь*. На горе же, где отдыхаешь, воздвигни церковь во имя святого пророка Ильи и также сотвори монастырь*». Князь спросил его: «Господин, кто ты?» Он же ответил: «Я боговидец пророк Илья*», — и, сказав это, стал невидим. Пробудившись, благочестивый великий князь Ярослав сделал все, что повелел ему святой пророк Илья. И построил город Волок там, где он и доныне стоит, и оба монастыря на указанных ему горах, а внутри города соборную церковь Воскресения Господа нашего Иисуса Христа*. И дал священникам и обоим монастырям на содержание тамгу со всего: и поме//рное,
л. 4 и явку, и пятно*; и дал им вечные грамоты, и печати золотые приложил, которые мы сами видели и читали. И хранились они до князя Бориса Васильевича* почти пятьсот лет. Тот же взял их, не знаю, с каким намерением, в свою казну, а им дал свои грамоты; возможно, он хотел надежнее сохранить их, но не сумел: когда скончался, они пропали у него в казне, и погубил память предков своих.
Как Великий Новгород никогда не был завоеван кочевниками, так и удел его Волок*. Когда по Божьей воле из-за наших грехов безбожный агарянский царь Батый Российскую землю взял в плен и пожег, то он пошел к Новгороду, который Бог и пречистая Богородица защитили явлением архистра//тига
л. 4 об. Михаила*, запретившего ему идти на Новгород. Батый пошел на литовские города, и пришел к Киеву, и увидел написанный над дверями каменной церкви образ великого архангела Михаила, и сказал своим князьям, указывая на него перстом: «Этот мне запретил идти на Великий Новгород».
Все это поведал своим ученикам отец Пафнутий, услышав от тех, кого поставил Батый властителями по русским городам («баскаками» называли их на языке врагов), и от своего деда Мартына*, который был баскаком в городе Боровске. Когда же безбожный Батый был убит секирою, данной Богом, венгерским королем Владиславом, которого святой Савва Сербский* обратил из католической в православную веру, на коне, посланном от Бога, то//гда
л. 5 все правители Русской земли приказали убивать поставленных по городам властителей Батыя, если они не примут крещения. И многие из них крестились. Тогда и отца Пафнутия дед крестился и был наречен «Мартыном».
Я же захотел написать о жизни отца Пафнутия, как сообщал выше, все, что слышал от него и его учеников, бывшее в его монастыре и в других, о чем он поведал своим последователям; а также о жизнии ученика его, отца Иосифа, которого мы почтили «Надгробным словом» и о жизни которого кратко сообщили*: кто и откуда был, — все, что от него узнали и сами видели в его монастыре и других, и все, что он нам поведал, также изложили по порядку. Пишем же мы об этом не потому, что святые отцы этого требовали, //
л. 5 об. но для того, чтобы мы, читая, старались подражать их житию, — поэтому следуем древнему преданию, так как в патериках не только великих и чудотворных отцов жития, и чудеса, и слова, и поучения написаны, но и тех, что не достигли такого совершенства, но по силе возможностей подвиги творили, и тех тоже жития и слова описаны.
О них пишется: один уподобился солнцу, другой луне, иной же большой звезде, некоторые малым звездам, — но все пребывают на небе. Как у земных царей знатные люди, подобно друзьям, большую свободу имеют и могут совершать все, что хотят, и помогать просящим у них, а которые менее знатны обладают властью, но не та//кой,
л. 6 а иные воины подобны малым золотым монетам, если и не имеют власти над людьми, то для себя извлекают пользу, но тоже пребывают в царской палате, — так же надо разуметь и о святых. Как апостолы, названные [Господом] друзьями и братьями, как мученики и чудотворцы, все эти святые могут помогать молящимся, всем им святые отцы на весь год создали каноны и праздники и, как должно, узаконили в Христовой церкви; иных же великих и чудотворных отцов оставили, таких как Паисий Великий, Иоанн Колов, и Аполлоний, и Марк, и Макарий Александрийский*, и бесчисленное множество других, которым завещено вместе праздновать, малым и великим, в воскресенье по Пятидесятнице*, а жития и чудеса их писать в патериках.
Ныне же мы дошли до последних дней и не можем сравниться //
