Стальной Барс и сам не заметил, как уснул, тщетно пытаясь, как в детстве, поймать то мгновение, что разделяет сон и явь. Когда человек уносится в волшебный мир, где всё возможно, от опостылевшей действительности, где он никак не может получить желаемое. Но теперь не было никакого сна, и все его надежды не оправдались. Он ждал, что Бессмертный Тэнгри пошлет ему какое-либо видение, чтобы подсказать, что делать дальше, а вместо этого, он просто провалился в чёрную, бездонную яму без сновидений. Только гудело натруженное тело, и в ушах стоял никак не желающий стихать звук тяжёлых шагов, позвякивание доспехов, и дыхание воинов.
Куда подевались весёлые шутки, и жажда двигаться вперёд, чтобы скорее увидеть то, что оставили после себя Древние Боги? Почему вид карьера подействовал так угнетающе? Люди поняли, что слишком слабы и ничтожны перед своими предками, и стоит тем только захотеть, они могут раздавить любого, как какую-то букашку, и северянам не сможет помочь ни оружие, ни сплочённость строя, ни умение противостоять любому врагу. Их просто не заметят, как не замечает человеческий глаз отдельные песчинки в куче песка. Да, они и есть песчинки, затерянные где-то в Обитаемом Мире, и их гибель сможет заметить только тот, кто их знал. Для остальных же людей они никто, и их смерть ничего для них не значит.
Вроде ничего не изменилось. Всё то же мерное посапывание воинов, еле слышное завывание холодного ветра, и сторожкие шаги дозорных, но… Что-то было уже не так, и Рутгер проснулся, едва чья-та рука коснулась его плеча. Он даже и не успел осознать до конца, что готов к бою, и ладонь крепко обхватила рукоять пернача.
– Рут! – Позвала тень голосом Аласейа.
Стоило открыть глаза, как сразу стало ясно – произошло нечто из ряда вон выходящее. Ночь наполнилась мгновенными всполохами, будто где-то шла гроза, и люди видели блеск далёких молний. Звёзды и луна померкли, и ослеплённые глаза уже не могли разглядеть их в наступающей темноте, когда белый свет внезапно затихал.
В сердце сразу проник страх, и, видя этот дикий танец света, становилось ясно, как ничтожен человек, как слаб против сил природы, и все его попытки, что-либо изменить в Обитаемом Мире, обречены на провал. Его просто не заметят, и его жизнь промелькнёт как молния на чёрном небосводе, не оставив после себя какого-либо следа. Хотелось бежать без оглядки и забиться в какую-нибудь щель, чтобы дрожа от ужаса, моля богов, пережить эти страшные мгновения.
