– Конечно, это будет нелегко. – Сатвел нетерпеливо взмахнул рукой, подзывая к себе слугу, и взял у него кубок с вином. – Тебе совсем необязательно подходить к вождю клана Снежного Барса близко. Стрела, пущенная твёрдой рукой, обрывает жизнь не хуже меча. Да, тебя могут поймать, и отрубить голову, а могут и не поймать. Здесь же, ты лишишься головы в любом случаи.
Лорд протянул кубок гонцу, и тот, не сразу заметив, схватив его двумя руками, с жадностью, в два глотка выпил вино, наверное, так и не утолив внезапно наступившую жажду.
– Ваша милость, я сделаю это. Пока я не знаю как, но убью Вальхара, и заслужу ваше прощение…
– Вот это слова настоящего воина. – Улыбнулся Сатвел, садясь в кресло, и укрываясь тяжёлой, тёплой шкурой. – Мы поладим с тобой, и когда ты выполнишь мой приказ, вернёшься живым, я осыплю тебя золотом. Возьми этот кубок в знак того, что ожидает тебя в будущем, и помни, что будет с тобой, если ты и на этот раз ослушаешься.
Теперь лорд был уверен, что сивд сделает всё возможное, чтобы убить Вальхара, наверное, самого серьёзного противника, оставшегося в стране Лазоревых Гор. Ах да! Остались ещё дхоры, но их, к счастью, не так много, и они не могут уходить далеко от Чёрного Леса. Расправиться с ними не будет слишком тяжело. Главное – виги! Уничтожить каждого, чтобы утопить в крови их воинственность, храбрость, и свободолюбие.
Сзади опять послышались шаги, и Сатвел, мгновенно поняв, что произошло что-то из ряда вон выходящее, то, чего он никак не ожидал, резко обернулся назад. Позади кресла стоял его советник, Истарв, единственный из сивдов, кого он приблизил к себе, и в его глазах плескалась растерянность. Таким он его ещё ни разу не видел, и тревога сивда сразу же передалась господину. Истарв уже давно не носил доспехов, а кольчугу ему заменил мягкий, тёмно-зелёный камзол. Вряд ли он рассчитывал снова взять в свои руки меч, и ринуться в битву. Да и воином он был так себе, вряд ли вышел бы живым их первого же своего боя. Все его достоинства умещались в голове, и заслуживали большого внимания. О! Если бы в Сангаре ценилась не сила, а острый ум, у себя на Родине он мог бы занять почётное место рядом с вождём, а может быть, и стать им.
