– Этот вопрос мы можем задать и тебе! Мы думали, что на юге нет земель, где бы ни бродила Невидимая Смерть!
– Здесь она везде. Только где-то мы чувствуем её слабое дыхание, а где-то она кого-нибудь касается своей рукой. – С грустью добавил сотник. Теперь в этом уже никто не сомневался, так как в голосе прозвучали властные нотки, что могут выработаться только у человека, у кого в подчинении есть сотня-другая воинов. – Сколько вас? Всего четверо? Как же вы смогли пройти через Проклятые Земли?
– Сначала нас было больше сотни, но после нескольких сражений осталось только пять десятков. Они ждут нас неподалёку.
– Что же молчат твои спутники? Они немы? Хорошо было бы услышать ваши имена, и кто вы такие!
– Конечно! Мы не делаем из этого тайны. Я – лорд Архорд, из страны Лазоревых Гор. Это – Рутгер, Стальной Барс, воевода клана Снежных Барсов. Лурфар – монах из храма Бессмертного Тэнгри, и Аласейа… – Разошедшийся было Архорд, получил весьма ощутимый тычок в бок от росса, и быстро сообразив, что от него требуется, продолжил: – Он вождь из Россы.
– Россы? Никогда не слышал о таком княжестве. Да и о стране Лазоревых Гор никто из нас не слышал! Ладно. Если вы люди, то милости просим! Скоро стемнеет, а ночью в Проклятых Землях совсем небезопасно. Где же ваши воины? Зовите их скорее сюда, а я прикажу приготовить подъёмник.
* * *
Микон отложил меч Рутгера в сторону, и проговорил с одобрением, ещё раз погладив блестящее лезвие клинка:
– Хорошая сталь. Как же вы её делаете? Наши мечи гораздо хуже. Хотя наши кузнецы и пытаются разгадать секреты древних, а всё равно ничего не получается. Чего греха таить, я и сам подолгу проводил время у горна, и многое умею, но такой упругости не смогу отковать, как бы ни старался.
Сардейл самодовольно усмехнулся, как будто он сам выковал меч воеводы, и снисходительно объяснил:
– Здесь нет никакого секрета! Виги уже несколько веков куют такие клинки, и уж поверь мне, им нет в этом равных! Всё дело в том, что наши кузнецы переплетают несколько прутьев железа, а потом каждый слой стали наковывают то, закаляя, то, оттягивая его.
– Это же, сколько времени уходит на один меч?
– Месяца два-три, но это того стоит!
– Да, это, правда. – Сотник немного помолчал, отхлебнул из кружки тёмного, горьковатого напитка, называемого пивом, несколько глотков, и словно с отчаяния, решился: – Я понимаю, что это может дорого стоить, и всё же, не могли бы вы продать мне один из ваших мечей?
Стальной Барс улыбнулся, и ответил:
