– Нет. Это невозможно. – Микон покачал головой. – Несмотря на то, что мы говорим на одном языке и между нами много общего, вы всё равно остаётесь чужаками, и будете ими до тех пор, пока не докажите свои благие намерения.
– Как же это сделать? Мы всего лишь хотим пройти дальше на юг, и ничего плохого у нас нет и в помыслах!
– Я – тебе верю. Мои воины вам верят. Но поверит ли император? Преподнесите ему подарки, и скажите, что прибыли с посольством из страны Лазоревых Гор. Если подарки будут достойными нашего Солнцеликого, то он примет вас, и многое позволит. Золото имеет волшебные свойства… – Прищурился сотник.
– У нас тоже многие ценят блеск презренного металла дороже, чем воинскую доблесть.
– Кстати! – Микон опять быстро огляделся, наполнил, опустевшие было кубки, и, пригнувшись к Рутгеру, горячо зашептал: – Зачем вам этот лорд? Его уста источают мёд, но глаза говорят совсем о другом! Почему с вами тот, кто может ударить в спину? Почему ты назвал Аласейа вождём? Я же вижу, что он не совсем обычный человек! Разве вожди бывают такими? Что ты скрываешь от меня?
Удивлённый наблюдательностью сотника Стальной Барс ка-кое-то время молчал, и тщательно взвешивая слова, ответил:
– Я не могу тебе сейчас всего сказать, но поверь мне, Аласейе это необходимо. Раз он пожелал быть вождём, значит так надо. Я не помню случая, когда бы он был не прав.
– Хорошо. – Микон улыбнулся.– Если не хочешь говорить – не говори. Лучше не сказать всей правды, чем запятнать себя ложью. Но ты не откажешься весело провести время, пока не вернётся с приказом мой гонец?
– Конечно! – Рутгер взял в руку кубок с пивом, и, почувствовав на себе чей-то взгляд, резко повернулся. Лорд Архорд не успел спрятать глаза, и воеводе показалось, что он заметил в них пожар ненависти, способный испепелить его на месте.
* * *
Глава 25.
Не слезая с коня, Сатвел огляделся по сторонам. Нет, память не подвела его. Здесь стояла его палатка, когда под Вольфбуром собиралось войско кланов, чтобы отразить нападение челманов. Здесь ему дали понять, что больше не доверяют. Здесь его оскорбил виг-десятник, сказав, что ещё будет сопровождать его на суд. Как же звали того заносчивого щенка? Вальгер? Да-да, Вальгер. У него в десятке ещё тот «тёмный», кажется, Хортер…
