– Так значит ты… – Стальной Барс не успел закончить, как друг вскочил, и почти прокричал:
– Я не ассан, и могу поклясться Бессмертным Тэнгри! Пусть кто-нибудь попробует оспорить это!
– У наёмных убийц совсем другие боги, и они могут клясться кем угодно. – Проговорил Аласейа, медленно поднимаясь с седла, и готовый в любое мгновение выхватить меч.
– Друзья мои! – Воевода примиряюще поднял руки, и встал между ними. – Нам не нужно ссориться. Мы должны быть вместе, не смотря ни на что. У нас есть общая опасность, ставящая под удар всё то, что нам дорого, так давайте объединим свои усилия!
Герфур кивнул, и сел на место. Царь россов ещё мгновение колебался, и, в конце концов, в его глазах потухли огоньки ярости, и он опустился на седло. Рутгер понимал его, и был очень благодарен ему за свою сдержанность. Никто ещё не рисковал говорить с Аласейа в таком тоне. Хоть он и был в отряде, вёл себя, как простой воин, он всё же оставался царём могучей и сильной державы. Одному богу было известно, каких усилий ему стоило сдержать себя, и не покарать дерзкого.
– Мы все просто устали, но нам нужно держать себя в руках, чтобы не совершить ошибки, чтобудут нам стоить жизни. Никто ведь не хочет закончить свой путь рабом, закованным в кандалы? – Дождавшись согласного кивка от обоих, Стальной Барс продолжил, обращаясь к Герфуру: – Как ты собираешься это сделать?
Друг детства слегка прищурился, глядя на бронзовый светильник, на игру огня и тени, и проговорил:
– Совсем недавно на нас нападали разбойники, и я уверен, что они идут за нами следом, выжидая момент, чтобы внезапно атаковать. Хотя почти все они крестьяне, не способные держать в руках оружие, среди них, конечно же, найдётся один единственный охотник, способный точно послать стрелу за двести шагов…
– Можешь сильно не стараться. Это представление нам нужно для императорского гонца. Нужно, чтобы он видел, кто стрелял в Архорда, а уж случайная он жертва, или нет, пусть решает сам. – Рутгер довольно кивнул. Его такой план устраивал. Он уже устал от всего связанного с лордом, и был готов согласиться, на что угодно. Он был готов согласиться даже на подлость, не достойную благородного воина, лишь бы было сделано то, что он хочет. Лишь бы обезопасить свою любовь.
Герфур поднялся:
– Скоро всё будет сделано, мой воевода. – Он кивнул головой царю россов, и стремительной походкой вышел из палатки.
– Возможно, я совершаю ошибку, и совсем скоро пожалею об этом, но я не вижу другого выхода. – Задумчиво пробормотал Стальной Барс.
