Он почувствовал её на второй день, утром, когда окончательно пришёл в себя, и осознал, что уже никогда не сможет взять в руки красно-синий щит, поднять меч, и, выкрикнув боевой клич, повести воинов за собой в битву. Теперь ему никогда не напоить свой меч кровью, и единственное, что ему осталось, это роль советника и вождя, довольствующегося тем, что отдаёт приказы. Он и не подумал, что может пойти в сечу с одной рукой. Он не мог себе позволить, чтобы воины оберегали его жизнь, защищая, не успевая отражать удары, направленные им в грудь. Он осознал, что стал обузой, и просто не имеет никакого права требовать для себя каких-то отдельных привилегий. Выжить в сечи, чтобы за него умер кто-то другой? Нет! Вождь клана не может так поступить. Скорее он сам пожертвует собой, чтобы спасти друга.
Вальхар не боялся смерти, и в то же время, как ни пытался себе объяснить, страшился её. Он думал о том, не может допустить своей гибели в битве, и оставить в такое время Арнию одну с восьмилетним сыном на руках. На кого они обопрутся? Конечно, воины не оставят их, и всегда дадут кус хлеба, но ведь живой отец и муж всегда лучше, чем мёртвый герой! Впрочем, как теперь его встретит жена, после того, как он стал инвалидом? Нет-нет, она его не бросит, но ведь может заметно охладеть, и тогда жизнь под одной крышей может превратиться в настоящую каторгу!
Вождь клана Снежных Барсов улыбнулся, чему-то известному только ему, и снова потянулся к кубку, что уже наполнил кто-то из харвеллов. Он был и так изрядно пьян, но не желал останавливаться, чтобы как-то избежать мыслей, упрямо лезших в его голову и не дававших покоя. Он жаждал обрести равновесие, и ему казалось, что единственное, что ему может помочь, это вино.
Вождь уже почти дотянулся до кубка, и завладел им, но внезапно мускулистая, тёмно-серая рука крепко перехватила его запястье, сжав так, что, кажется, погнулись стальные наручи. Он вопросительно посмотрел на дхора, и тот, оскалившись, покачал головой:
– Вино – не лучший выход. Ты нам нужен, Вальхар. Без тебя мы не сможем разбить ярвиров.
– Какой от меня сейчас толк? Я не могу пойти в битву, и напоить свой меч кровью. Я стал обузой…
– Но ты всё ещё остаёшься вождём! Виги верят в тебя, и по-прежнему готовы выполнять твои приказы! Ты здесь единственный из вождей кланов, так оставайся им до самой смерти!
