– Мы его достигнем примерно к вечеру… – Ничего не понимая, ответил торговец. – Откуда уважаемому воеводе известно про ущелье? Он бывал здесь раньше?
– Моя невеста – ведьма. – Просто ответил Стальной Барс, испытующе глядя в глаза руса, в надежде, что там что-нибудь промелькнёт, и уже можно будет быть уверенным в том, что он ведёт их под мечи мутантов.
– Ведьма. – Как эхо откликнулся Сайан, и в его глазах застыло удивление. Ему понадобилось какое-то время, чтобы справиться с неподдельным изумлением, а когда он обрёл способность говорить, то спросил: – Как же вам удалось избежать костра? Насколько я знаю, гвардейцы императора казнят даже иноземцев, если есть хоть какое-то подозрение на то, что они могут быть связаны с «нежитью»!
– Скажем так, что нам удалось с помощью Болевила избежать этой участи. – Усмехнулся воевода.
– Так значит, ты и есть тот северянин, что победил всех палачей на Большой Арене? Твоя слава бежит далеко впереди тебя! – Воскликнул рус. – Но я не вижу того сотника, ради кого ты обнажил свой меч. Где он?
– Микон пожелал остаться в лагере мятежников, при вожде Валторе, и Зурии. – Хмуро ответил Рутгер. Где же теперь тот добродушный, лысый толстяк, опалённый Невидимой Смертью? Что с ним? Жив ли ещё, и сведёт ли их судьба когда-нибудь вместе?
– Я не завидую твоему другу. – Скорбно сообщил торговец, ложа сильную ладонь на плечо вига, стянутую кольчугой двойного плетения. – Наверняка он уже попал под чары колдуньи, и скорее всего, дни его сочтены.
– Не будем хоронит его раньше времени. Микон старый воин, и сломить его будет нелегко, а может быть и невозможно. Он скорее умрёт, чем будет плясать под чью-то дудку. – Сказал Стальной Барс, с грустью вспомнив, что тот уже предчувствовал свою смерть, и был к ней готов. О! Если бы он ошибался, и Боги даровали ему ещё какое-то время! А нужно ли? Может, лучше сразу смерть, чем заживо гнить изнутри, каждый день испытывая невыносимую боль? Но как сдаться без боя, и опустив руки, ждать смерти? Нет. Микон сделан не из того теста, чтобы ничего не делая, ждать неизбежного. Они ещё услышат о нём, и его имя будет известно каждому русу, как имя героя, покрывшего себя неувядаемой славой.
* * *
Глава 15.
Все планы рушились как карточный домик, и те две сотни воинов, что стояли возле ворот замка, готовые броситься в бой, недовольно роптали, не понимая, почему до сих пор не слышат зов боевого рога, призывающего на сечу.
