– Если ты что-то придумал, то говори. Не будем сотрясать воздух бесполезными словами. Надеюсь, ты оставил пленника не для того, чтобы просто поболтать. – Поторопил бывшего телохранителя Архорда, воевода.
Ярва не в чем было упрекнуть, и он был единственный из сивдов, кто остался верен роте, данной Стальному Барсу. Он так же рисковал жизнью в сечах, не прячась за спины вигов, и рвался вперёд словно обезумевший, нисколько не заботясь о том, что его могут убить. Если бы все воины Сангара были такими, то они могли бы серьёзно потеснить вигов, и разделить с ними славу непревзойдённых воинов.
– Если бы мутанты вели только ночной образ жизни, то они, как и вурдалаки хорошо видели ночью. Я надеюсь, что зрение у них всё же, как у людей, и в темноте они могут видеть не всё. Значит, у нас есть шанс… – Ярв отстегнул шлем от широкого кожаного пояса, поставил его на небольшой валун, и просияв, как мальчишка нашедший яркую безделушку, вымолвил: – Вот!
– Что, вот? – Не сразу сообразил воевода, и тут же, поняв замысел сивда, заулыбался, пожав ему руку. Как же всё просто! Как он сам не смог до этого додуматься? Теперь-то мутанты точно не смогут подобраться незаметно, и воины будут готовы к бою. Пусть они будут без шлемов, это уже не так важно. Главное, что они успеют встать в строй, и совместными усилиями дать отпор врагу.
* * *
Глава 17.
Тьма опустилась внезапно, как будто кто-то задул свечу, и горы погрузились в ночь. Здесь, на юге, никогда не бывает длинных томных вечеров, когда, любуясь багряным закатом, можно немного помечтать, и подумать о своём будущем. Отсюда не видно снежные шапки ледников, покрывающих вершины, и они не представляются, как в далёком детстве, головами добрых, седых великанов, стерегущих покой страны Лазоревых Гор.
Когда они ещё смогут вернуться домой? Рутгеру казалось, что он всю жизнь провёл в походе, и никогда не было детских лет, проведённых в Храме Бессмертного Тэнгри, никогда не было посвящения в воины, и никогда у него не было семьи. Он думал, что уже настолько привык к жизни скитальца, что, наверное, никогда не сможет жить в четырёх стенах, и дорога всегда будет звать его вдаль. Нет. Конечно, он не сможет устоять перед этим, и отправится в путь. Только зайдя за горизонт можно узнать то, что скрыто от глаз. Но ведь горизонта невозможно достичь! Чтож, значит жизнь – это вечная дорога.
