Здесь жило многочисленное рабочее население, связанное с культом мертвых и сооружением гробниц, здесь было и свое начальство, своя полиция, но были и свои нравы, и свои настроения. До нас дошли интересные обрывки дневников, повествующих о волнениях и забастовках рабочих, которым чиновники не платили в срок содержания, дошли до нас и судебные процессы, рисующие низкий нравственный уровень этих обитателей, особенно те грабежи и хищения, которые не остановились перед взломом гробниц как вельмож, так и великих царей. Но наряду с этим беспокойным элементом фиванский некрополь заключал в себе, как мы уже видели, большую группу лиц, именующих себя в многочисленных дошедших до нас памятниках «послушателями зова (послушными призыву) в Месте Правды», которые веровали, что только праведность открывает доступ к блаженному бессмертию. Многие их молитвы напоминают по тону и фразеологии библейские псалмы и являются редкими ценными памятниками личной религии, теплого, интимного отношения к божеству.
Фивы окончили свою мировую роль и выродились в уродливую теократию. Египет, и раньше переживавший и социальные революции, и иноземные погромы, и династические перевороты, и распадения с ослаблением центральной власти и феодализацией, теперь, пройдя блестящую пору своей истории, представлял развалины государственности — страна распалась на мелкие княжества, частью военного, частью жреческого происхождения, и сделалась предметом завоевательных стремлений и с юга, со стороны царей единоверного и единокультурного эфиопского царства Напаты, и с севера, со стороны всепоглощающей Ассирии. И для тех, и для других владение Египтом было важно и по политическим, и по экономическим соображениям; для эфиопских царей оно было ценно и по религиозным причинам — Египет был уделом Амона, их государственного бога. Ряд походов их (Пианхи, Шабаки, Тахарки, Танутамона) дал Египту «эфиопскую» XXV династию, которая пыталась удержаться против Ассирии, поддерживая сиро-палестинские царства в борьбе с ней.
Борьба эта оказалась им непосильной, тем более что, безусловно, на их стороне и в самом Египте была только Фиваида до Гермополя; север, руководимый энергичными владетелями Саиса, был на пути к возрождению внутренними силами национального единства и для этой цели не останавливался ни перед какими средствами, до подчинения Ассирии включительно. Саис выдвинул яркие фигуры Тефнахта, Бакенренефа (у греков Бокхорис, о мудрости которого ходили рассказы, отразившиеся на помпеянских росписях), Нехо I, Псамметиха I. Последним пришлось вести опасную политику, лавируя между Тахаркой эфиопским и грозными завоевателями Асархадцоном и Ашшурбанапалом. В 671 г. до Р. X. Асархаддон подчинил северный Египет и поставил в Зенджирли победный памятник, на котором изобразил у своих ног на веревке Тахарку, царя Куша, и его союзника Баала, царя Тира, а себя наименовал царем Муцура (евр. Мицраим — Нижний Египет), Патурису (египет. имя Верхнего Египта, собственно юг) и Куша (Напатское царство). Через два года наступление Тахарки вызвало новый поход Асархаддона, который на этот раз дошел до Фив. Тахарка бежал в Напату, где скоро умер; его преемнику Танутамону пришлось бороться с Ашшурбанапалом, который в 661 г. выслал против него войско, заставившее бежать его и из Мемфиса, и из Фив. Последние были страшно опустошены; много памятников египетского искусства было отправлено в Ниневию. Известный нам Монтуемхат фиванский впоследствии с гордостью говорил о реставрации им поруганных святынь во время «божьего наказания», когда «страна была повержена». К счастью для Египта, через несколько лет против Ашшур-банапала восстал его брат Шамашшумукин, царствовавший в Вавилоне и привлекший на свою сторону значительную часть Передней Азии. Хотя война закончилась в 647 г. разгромом восставших, но она потребовала от Ассирии такого напряжения сил, которое подготовило ее скорую катастрофу и, конечно, сделала невозможным удерживать Египет в повиновении. В 652 г. Псамметих, заключив союз с Лидией и призвав на свою службу карийских и ионийских наемников, освобождает страну от иноземного владычества и довершает дело своих саисских предков, объединив Египет под властью своей XXVI династии.