— Ладно, — обратился хакер к Насте, — идите, жрите. В коридоре крикните кого-нибудь, вам обед сообразят. А я пока потренируюсь.
Он что-то ткнул под подушкой, и все голоэкраны, что были вмонтированы в кровать, включились, представив взгляду потоки летящих в черной бесконечности значков.
Обед выдался на славу. Так вкусно Настя не ела, наверное, никогда. Она поглощала еду, обилию которой не было конца, до тех пор, пока она помещалась в желудок. Когда, наконец, она больше не могла есть, она откинулась на спинку кресла, на котором сидела, и, запрокинув голову, закрыла глаза. У Мухомора, похоже, чрево было бездонным — он поглощал еду в неописуемых количествах и с устрашающей скоростью.
Настя лежала в кресле. Сейчас ее не беспокоило ничего. Ни Лоуб, ни бандиты, охотящиеся за ней, ни Сеть, ни весь остальной мир. Да пусть он катится, этот мир… Куда-нибудь пусть катится. Ей все равно. Ей хорошо сейчас, и не надо ничего менять. Очень скоро Настя заснула. Ей снился очень странный сон о файлах, которые вдруг оживали и вылезали из Сети в реальный мир, о Чипе, который поражал злобные файлы заточенными микросхемами огромного размера, о Лоубе, который лежал рядом с воюющим Чипом и хохотал. А ее, Настю, трясло от электричества, которое подключили к нейроконтакту. Ее трясло, и не было от этого спасения. Ее трясло так, что казалось, сейчас вот вытрясет всю душу из тела. Ее трясло…
Она открыла глаза. Какой-то незнакомый молодой индус тряс ее за плечо, по-английски призывая проснуться. Она огляделась. Рядом стоял Мухомор, потрепанный, но довольный. Еще какие-то люди, которых она не знала. Сколько она проспала? Трудно сказать. Здесь не было окон, и по солнцу не определишь. В голове шумело, но дурацкий сон быстро улетучивался из памяти.
— Пойдемте, мисс, — сказал молодой индус, тот, что будил ее, — вас зовет хозяин.
— Угу, — буркнула Настя и спросила у Мухомора: — Сколько времени мы уже здесь?
— Не знаю, — ответил бомж. Ему, похоже, здесь начинало нравиться — еда и крыша над головой есть, бежать никуда не надо. — Часа три где-то. Может, больше. Часов-то у меня нет.
В этот раз их отвели в другую комнату. Лоуб все так же возлежал на той же самой кровати. Но комната была другая. Здесь ничего не напоминало спальню. Скорее это место было суперсовременной компьютерной лабораторией. Стены покрывали десятки огромных голоэкранов, километры проводов опутывали помещение, тысячи огоньков светодиодов перемигивались между собой, сообщая о бесперебойной работе системы. На всех голоэкранах отображались мириады быстро сменяющих друг друга значков. Настя знала, что это. Мухомор, наверное, тоже. Это были машинные коды, язык компьютеров, язык Сети. Именно таким образом компы в Сети передавали друг другу информацию, обменивались данными, которые строили на основании сигналов мозга людей, подключенных к своей машине. Именно это и было основой Сети. Это, а не те красивые города, невообразимо шикарные замки и безграничные, как полет фантазии, виртуальные хай-тек лаборатории. И в самом центре всей этой цифровой мощи стояла огромная кровать с лежащей на ней тушей величайшего хакера всех времен и народов Эндрю Лоуба.
— А этот, драный, чего приплелся? — спросил Лоуб, указывая пальцем на Мухомора.
— Ничего, — с вызовом ответил бродяга, — я тут побуду. Посмотрю, чего вы тут делать будете. А то мало ли?
— Ну, черт с тобой, ладно, сиди. Только не трогай ничего. И сам в Сеть не лазь — Чип тебе, помнится, запретил. Давай, подключайся, — сказал Лоуб, обращаясь к Насте. В его руке, зажатый между его пухлыми, как разваренные сардельки, пальцами, висел тонкий черный проводок вирт-коннектора.
Настя молча взяла из сарделек провод и воткнула штекер себе за ухо, поморщившись от боли, — место разреза еще только начинало затягиваться и довольно ощутимо болело при прикосновении. Перед глазами тут же возникло меню входа в виртуальность. Настя посмотрела на Лоуба, как бы спрашивая, что делать дальше.
— Входи в виртуальность, — ответил на ее немой вопрос хакер, — это не настоящая Сеть. Специальный учебный полигон, вот это все — он, — Лоуб обвел рукой пространство комнаты, в которой они находились. — Здесь предостаточно ловушек, не переживай. Есть даже настоящий выход в Сеть. Но он спрятан и надежно закрыт. Но ведь нет такого замка, который не смог бы кто-нибудь открыть. Ведь так? Вот когда найдешь его и откроешь — тогда можешь лететь в свободный полет по Сети.
— Но у нас не так много времени, — возразила Настя и тут же осеклась — похоже, что более безопасные для нее места на планете, чем этот дворец-бункер, можно пересчитать по пальцам одной руки.
— Это точно, — согласился Лоуб и добавил: — Хоть здесь тебе бояться нечего, ну, почти нечего, времени у нас действительно немного.
Настя хотела было спросить, почему времени немного, но хакер ее перебил:
