Именно тогда Саше открылась истина, что Василию Кирилловичу нравится зависимость сына от него. Полковник был властным человеком, который привык командовать подчинёнными, и собственного ребёнка рассматривал почти в какой-то служебной иерархии.
Александр Щербаков стал ещё больше шлифовать свои навыки программиста и одновременно искать работу, зарплата на которой позволила бы не тратить драгоценное свободное время на приработки, а ещё более полноценно отдыхать.
Не то, чтобы ему не нравилась работа эксперта МВД. Тут было много живого и интересного, особенно, если бы не поднимали в неурочные часы с постели. Была возможность "делать науку" и через пять-шесть лет защитившись, уйти преподавать куда-нибудь в юридический вуз, но вот зарплата оставляла желать много-много лучшего, и оставалась без всяких перспектив на увеличение. Сидеть всё это время и выслушивать папины нравоучения и указания, как надо, а как не надо жить Саша не желал.
Но и на всякую работу он размениваться не хотел. Он выискивал её долго и придирчиво, рассматривая перспективы и солидность фирм, куда его приглашали, и, наконец, ему повезло: старинный приятель Димка Быков сумел протащить его не просто в "фирму", а в местное отделение Американского консульства.
В милиции ему попытались вставлять палки в колёса с увольнением (не обошлось без влияния папы), но в конце концов согласно законодательству, его выпустили на свободу.
Вот где Саша понял, что такое работать, для того, чтобы жить, а не жить, для того чтобы работать. За зарплату в тысячу двести долларов ему всего-то нужно было следить за системами пары десятков компьютеров, иногда создавать и обновлять интернетовские страницы. Причём, через два-три месяца, когда он обжился, хорошо зарекомендовал себя и установил с большинством сотрудников дружеские отношения, стало понятно, что трудиться тут можно в очень вольном и чуть ли не свободном режиме.
Дома были скандалы, но за несколько месяцев работы на новом месте, правда, продолжая и подхалтуривать рисованием баннеров и созданием веб-сайтов для фирм разных "чайников", которым загоралось обзаводиться такими атрибутами (зачем же отказываться от халявных денег!), Саша сумел купить хоть и не ахти какую, но собственную квартиру и помахал папе ручкой.
Перед самым увольнением у него, к сожалению, вышел скандал с человеком, к которому Саша, в принципе, хорошо относился и, можно сказать, состоял в приятельских отношениях - со своим тёзкой следователем Мишаревым.
Они как раз незадолго до этого разбирали то ли убийство, то ли самоубийство на квартире какого-то молодого мужика. Там среди развороченного компьютерного оборудования Саша нашёл несколько очень любопытных "компактов". На них было записано программное обеспечение игры, которая совершенно очаровала Щербакова. Пользуясь своей дружбой с Мишаревым, Саша хотел прибрать эти диски к рукам, тем более что никакой явной связи с мотивами преступления эти куски пластика не обнаруживали.
Однако Мишарев, на которого, бывало, накатывали волны принципиальности, упёрся, и диски Шербакову не отдал, присовокупив их к вещь-докам. Саша не мог допустить, чтобы такая любопытная штучка сгинула в пучине милицейских кабинетов, подождал немного, улучил момент и стянул всё-таки эти диски назло вредному приятелю.
Никому они по ходу следствия, на которое, как понял Щербаков, давили откуда-то сверху, не понадобились. Всех вполне устроила версия самоубийства, но Мишарев взъелся за нарушение своего запрета. В приватной беседе Щербаков был назван вором, и, кроме того, Мишарев заявил, что пока такие люди работают в МВД, никакой нормальной работы, естественно, быть не может. На что Саша ответил, что пока в МВД есть дураки-следователи, готовые работать за сто долларов в месяц, нормальной работы тоже быть не может. В общем, много шума из ничего.
Саша был, конечно, расстроен разрывом с Мишаревым, но горевал недолго: молодость и новая работа, приносившая как моральное, так и значительное материальное удовлетворение быстро улучшили его настроение. Потом начались хлопоты с подбором и покупкой квартиры, переездом, маломальской обстановкой и прочими заботами новосёла, включая и затянувшиеся обмывания с друзьями и подругами.
Он надолго забыл про компакт-диски, ради которых поссорился с Мишаревым. Кружки пластика, как это бывает в кавардаках, завалились в какой-то ящик, откуда совершенно случайно выпали на свет божий всего неделю назад.
Когда Саша первый раз попытался вставить эти диски в "сидюк" чудом работавшего системного блока на квартире бывшего хозяина, он был удивлён организации игры, но ничего кроме статичной заставки посмотреть так и не смог: система загрузки игры требовала подключения к интернету, а модем был разбит.
Начав разбираться с экспроприированными дисками сейчас, Саша был поражён сложности используемой графики и сложности самой программы, где он, к своему большому смущению с трудом что-либо понимал. Но самое большое удивление и восхищение ждало его, когда он подключился к сети.
