– С тобой? – недоверчиво повторил Мэтт.
– Да. Я наивно полагала, что он захочет этим воспользоваться – но в свое время, после того, как спасет тебя. Что Союз трех, несмотря ни на что, снова соберется. Увы, все, что ему было нужно, – доставить нас к Мальронс! В этом был его замысел: присоединиться к духовному советнику, предупредить его и извлечь выгоду из своей находки!
– А ты… Знаешь, как эта карта поможет нам добраться до Источника жизни?
– Мы же не знаем, что он собой представляет. Может, это что-то действительно похожее на источник, а может, нечто другое. В любом случае нельзя, чтобы план попал в руки циников.
– Надо сообщить про него Совету Эдема.
Эмбер в задумчивости кивнула:
– Помнишь, когда мы были у Команды свирепых, я говорила вам, что боюсь однажды превратиться в циника. Ты тогда пообещал мне…
– Что буду присматривать за тобой и не дам случиться ничему такому? Помню. Можешь во мне не сомневаться.
Эмбер взяла Мэтта за руку и попыталась сдержать подступившие к горлу рыдания.
– Я не знаю, что все это значит, – с трудом произнесла она. – Я не хотела бы быть этой картой, я не хочу расти, становиться взрослой, если это сделает меня циником. Я не хочу быть такой, как они!
– Не волнуйся. Я буду рядом и смогу защитить тебя, помогу тебе оставаться прежней. Такой, какая ты сейчас!
– Они творят такие страшные вещи… Не хочу быть похожей на них…
Мэтт сделал то, чего раньше не делал никогда: он наклонился и поцеловал Эмбер в лоб.
– Ты не одна. Я с тобой.
Они еще несколько минут просидели молча, тесно прижавшись друг к другу.
Вдруг Мэтт понял, о чем только что сказала Эмбер:
– Погоди, значит, Пьющий невинность… заставил тебя полностью раздеться и видел тебя… обнаженной?
Эмбер сжала руку Мэтта:
– Он вынудил меня. Но, заметив Великий план на моей коже, не посмел поднять на меня руку. Наоборот, сказал, что поможет нам.
– Какой же он подонок! Если бы я узнал это раньше, никогда не позволил бы ему так легко уйти!
– Может, река оказалась сильнее, чем он, – тихо ответила Эмбер. – Поверь, он недостоин того, чтобы пачкать о него руки.
– Прости меня, Эмбер, – в сердцах сказал Мэтт. – Если бы не я…
Девушка приложила палец к его губам.
– Помнишь первые слова, которые ты произнес, когда мы встретились? – спросила она после долгого молчания.
Мэтт вспомнил свою кому и явление ангела на острове. Его щеки покраснели.
– Думаю, да… – ответил он, чувствуя, как буквально сгорает от стыда.
– «Эмбер, ты мое небо». Что ты имел тогда в виду?
– Ну… Не знаю, – смутившись, ответил Мэтт. – Может, просто бредил: ну, там, температура…
– Понимаю. Нормально. Все в порядке.
Они расцепили руки.
Устав от гнетущей тишины, Мэтт сказал:
– Завтра мы будем в Эдеме. Придется им все-все рассказать. Про Поиски кожи, про войну…
– Остается один вопрос, – ответила Эмбер. – Если я – карта, которую они ищут, зачем Мальронс пытается схватить тебя? Почему повсюду твое лицо?
Мэтт глубоко вздохнул.
Он понял, что тот самый вопрос, ради которого они отправились в путешествие, пока останется без ответа.
Потому что я не добрался до того единственного, кто смог бы на него ответить.
Но если бы его привезли к королеве как пленника, он никогда не смог бы снова стать свободным. А ответ на свой вопрос он получит, только если встретится с ней как свободный человек.
Но и эту возможность Мэтт сразу отверг.
– Надо поспать, завтра будет тяжелый день, – произнес он.
К полудню следующего дня пэны достигли вершины очередного холма. Внизу раскинулись ослепительно-желтые пшеничные поля.
Вдали среди полей виднелся город.
Он был большим: множество домов и палаток, река, воды которой блестели на солнце.
На главной площади, словно тысячелетний страж, высилось огромное дерево, распростершее ветви над большинством кварталов.
Часть города занимали сады с фруктовыми деревьями, сотни маленьких фигурок ползали по ним, собирая плоды.
Настоящий рай, затерянный среди нетронутых земель.
Эдем.
По просторному залу пронесся сквозняк. Высокие узкие окна едва пропускали внутрь красный свет, поэтому зал освещали прикрепленные к стенам факелы.
Дверь отворилась, и вошел человек, на пурпурной подушечке он нес диадему из драгоценных камней. Человек пересек обитую темной тканью комнату и преклонил колено у подножия ведущих к трону ступеней.
Возле них стоял широкоплечий, рослый военный – генерал Твен.
Вошедший знал, что это безжалостный слуга королевы. Ее правая рука.
Твен сделал движение в сторону вошедшего, и доспехи зашевелились на теле генерала. Они были сделаны из тысячи небольших элементов, так умело подогнанных один к другому, что при движении возникало ощущение, будто панцирь скользит по телу, как отряд черных насекомых.
– Что ты принес, Ральф? – спросил генерал.
Вошедший удивился. Голос был не таким пугающим, как он думал. В общем, голос обычного человека.
– Подарок ее величеству от моего господина.
Ральф протянул подушечку в сторону трона.
Он не видел королеву – слишком темно было в зале. Но знал, что королева там – он заметил подол ее платья.
– В честь чего подарок? – спросил генерал Твен.
– Милорд хотел бы пригласить ее величество на ужин.
