— Не ищи, не увидишь. Их здесь много спрятано. Люблю снимать Нэнси в разных позах, чтобы знала, кто ее хозяин. Достаточно напомнить о том, что папочка увидит свою драгоценную дочурку в роли дешевой шлюхи, и она сразу затыкает рот. Тебя я тоже сниму с нескольких камер, чтобы хорошо было видно, как моя сперма заливает твое ангельское личико, а ты слизываешь ее язычком. Но, если ты хорошо меня попросишь, то возможно, я не сразу покажу господину Галларду эту запись, — скабрезно ухмыляясь, пообещал Фицджеральд и накрутив на руку волосы девушки, толкнул ее на пол, ставя на колени.
Лаки громко вскрикнула от боли, и слезы градом покатились из ее прекрасных глаз. Стоящая на коленях, с запрокинутой головой она была такой хрупкой и беззащитной, словно ангел со сломанным крылом.
— Пожалуйста, отпустите волосы, мне очень больно, — жалобно попросила девушка, — если вы так хотите минет, то он у вас будет.
Броган удовлетворенно хмыкнул и начал торопливо стаскивать штаны. Приспустив их до колен, он высвободил налитый кровью багровый член.
— Раскрой шире ротик, детка, и встречай моего «дружка».
…
У нее не было другого выхода, кроме, как уступить Фицджеральду. Все понимали это и с обреченностью ожидали продолжения, недоумевая только, зачем Лаки показывает им эту отвратительную сцену. Они не хотели ни видеть ее, ни знать о ней.
Аластар смотрел на все застывшим взглядом, у Алисии уже не было сил, и она закрыла глаза. А Олиф просто оцепенел и вдруг почувствовал, как рука Лаки успокаивающе погладила его предплечье. Он схватил ее и прижал к губам. Лаки ободряюще улыбнулась парню и потихоньку высвободила ладонь.
Ардал был белый, как мел, а Бирн, наоборот, покраснел от прилившей к лицу крови. Катэйр так сцепил руки, что побелели костяшки пальцев, на лице же Галларда невозможно было что-либо прочесть.
Того, что произошло дальше, не ожидал никто. Крепкого сильного мужчину, словно взрывной волной отбросило в сторону от хрупкой девушки.
...
Лаки поднялась с колен и небрежно взъерошила волосы, словно смахнула с них грязь. Фицджеральд не понял, что произошло, и хотел сразу вскочить на ноги, что было весьма затруднительно со спущенными штанами. Он попытался натянуть их и мгновенно получил сильнейший энергетический удар по рукам, а затем еще несколько по ногам. У него не укладывалось в голове, что удары наносила девчонка, только минуту назад скулившая от боли, и стоявшая перед ним на коленях. Причем наносила без всякого квилона, посылая их руками.
Фицджеральд был опытным ловцом, привыкшим к сильной боли. Он был уверен, что сейчас изловчится, натянет штаны и скрутит наглую девчонку. И не будет ей никакой пощады.
Лаки методически наносила удары, которые он вытерпел бы без всякого усилия, если бы только они не сыпались на него непрерывным градом, мешая сосредоточиться и дать отпор.
