- Прикрой – прошептал Чертополох, и Рохля, вышагнув вперёд, закрыл его своим телом. Выставив перед собой остриё копья, он воткнул в меня холодный взгляд и сделал короткий выпад в мою сторону, заставив, отшатнутся.
Ромка же, зачерпнув из болтавшейся сумки, вонючку – чёрную целебную субстанцию, без которой не один нормальный сталкер не выходит из города – принялся прилеплять её на место пореза.
Не став дожидаться пока он выпрямится, я оттолкнул остриём клинка копьё Рохли и кинулся вперёд.Он отшагнул назад, я же, наоборот, подшагнул и ткнул ножом, целясь в шею. Рохля древком копья отбил мой выпад. Но для этого ему пришлось отступить еще на шаг и почти лечь на Чертополоха, тот в это время, накладывал на бедро вонючку.
Но, я не стал продолжать эту атаку, а кинулся дальше, за спину сковавших друг друга копейщиков. Уклоняясь от очередной запущенной Костылём сосульки, нырнул вперёд, кувыркнулся через голову и, очутился как раз перед испуганным лицом мага. Ещё даже не выпрямившись, зло оскалился и рубанул его ножом. Наотмашь, поперёк лица. Лишь в последний момент сдержал руку и не стал разваливать Сашкину голову надвое. Но и не сказать, что совсем царапину пробороздил. Знатно полоснул. Костыль взвизгнул, что поросёнок, и жалобно заскулил, так как остался без глаза, с двумя носами и со щекой, через которую легко просматривались зубы.
Я ещё хотел ему по ноге чиркнуть, чтоб окончательно вывести его из драки, но не успел, так как мне в спину ударило копьё. Хорошо, что Рохля, не успел нормально замахнуться и вдарил им на противоходе, как палкой, но зато от души, с размаху. Боль была такая, словно у меня под лопаткой взорвали гранату, что попадаются в дальних бастионах. В глазах полыхнуло, всё заволокло искристыми огненными всполохами, а из груди вырвался хрип. Я рыкнул и, перелетев через всхлипывающего Костыля, покатился по траве.
Где-то сзади, тонко и на одной ноте завизжала Кавка.
- А-аааа! Павлик! А-ааааа!
«Какой ещё, на хрен Павлик»? – Удивился я.
Но дальше удивляться не смог. Так как, не успел я встать, как подскочивший Рохля попытался воткнуть мне в грудь остриё копья. Я сбил его ножом в бок, и оно по инерции глубоко ушло в землю. Не теряя времени, я словно каракатица, по-прежнему сидя на земле, двумя мощными толчками отпрыгнул назад и вскочил на корточки. А вот в стойку встать не успел.
Немного не успел. Подбадриваемый рёвом Чертополоха, Рохля прыгнул вперёд и всадил мне копьё в бок. Словно вилы в стог с сеном воткнул. Мощно, размашисто. От души. Так расхваливаемый дядькой Прохором костюмчик не выдержал и, мне в тело, вошло жало копья. Схватившись левой рукой за древко, я взглянул на Рохлю. Тот в ответ оскалился. Я взмахнул ножом пытаясь не то, что нанести увечья, а хотя бы отогнать этого гада, чтобы успеть выдернуть из своего бока наконечник.
Но не получилось, Рохля лишь головой чуть дёрнул и оскалился ещё поскудней.
Дьявол побери эту долговязую сволочь. Нет ничего хуже, чем пытаться сдёрнуть своё тело с копья, кода этому противостоит, вот такой вот длиннорукий и сильный боец.
Я попытался отскочить назад и тем самым соскочить с железяки, но Рохля, чутко следивший за моими движениями, усилил нажим и не позволил мне этого сделать. Да я и сам уже опасался – если продолжу дальше отпрыгивать, то могу споткнуться, об какую-нибудь подвернувшуюся под ноги кочку и упасть на спину, а там всё. Подняться мне Рохля уже не даст. И не будет больше на земле замечательного парня Дуды. Закопают его где-нибудь вон под теми берёзками, а его хитропопой сестрёнки, к гадалке не ходи, придётся стать приживалкой. Мать, на пару с тёткой Ангелиной сопьются и, фамилия Дудиных, выпадет из книги жизни.
Ну, уж нет!
Собрав последние силы, я прохрипел просьбу Маре и, чуть наклонившись вперёд, метнул в Рохлю нож. В голову не решился, слишком уж велик был шанс, что он увернётся. В грудь тоже, там болталась медная накладка, и я метнул нож в правое плечо.
Когда в тебя кидают нож с расстояния в один метр, увернутся трудно, хотя Рохля и пытался. Но не получилось у него. Тесак – в котором, специально сместили центр тяжести, вошёл чуть выше подмышки.
Правда эффект вышел не совсем таким как я ожидал. Я-то думал, что Рохля рухнет на землю и будет реветь от боли и биться в конвульсиях, ну или на крайний случай отпустит древко копья и попытается вырвать нож, чем я и воспользуюсь.
Но ничего этого не произошло.
- Сука! – Прорычал Рохля и хотя, по его руке, вниз, рванул алый ручей, ещё сильнее надавил на копьё.