Приподнявшись, я осторожно выглянул из-за рюкзака. Моркововидные бутоны, выпустив в нас с Кавкой тонкие иглы, сдулись и обвисли. Зато от рощицы, в нашу сторону скользили два десятка змей. Я выхватил из ножен тесак, а змеи – оказавшиеся, обычными белёсыми корнями резко увеличили скорость. Парочка из них метнулась к телу Кавки, остальные направились ко мне.
Скинув со спины рюкзак, я запустил его вдоль дороги, отвлекая внимание отростков. Сам же, схватил Кавку за ногу и попытался оттащить её подальше. Но не получилось. Два тонких корешка добрались до лямок на рюкзаке Рыжей и потянули его в обратную сторону.
Я приналёг и всё же сдвинул Кавкино тело подальше от рощицы. Но тут, на помощь своим собратьям, подоспел ещё один корешок. Быстро оплетя запястье девушки, он восстановил статус кво. А когда подоспел четвёртый корень, то я начал проигрывать в этом соревновании и тело девчонки, медленно потащилось к рощице.
- Чудовище!? – Возмущённо заорал я.
Сначала, прилетело копьё и тупо воткнулось в середину дороги. Чёрт его знает, кого он там хотел проткнуть? Затем, и Чудовище, яростным бизоном, ворвался на поле битвы. Сграбастав своими свисающими чуть не до земли руками все четыре корня, он резко рванул их на себя. Не знаю, почудилось мне или нет, но я явственно расслышал треск веток. Очень надеюсь, что он их вырвал, оттуда – откуда они там растут.
Воспользовавшись этой передышкой, я быстро перерубил корешки, что вцепились в девушку и с громким. – Ха! – Крутанувшись вокруг своей оси. Закинул её на кукурузное поле. Выпрямившись, оглядел поле битвы.
Больше всего, на данный момент меня интересовал мой рюкзак. С ним, впрочем, сложностей не было. Два тоненьких корешка, неспешно волокли его в сторону логова. Подходи, добрый человек, обрубай этим тварям их вороватые ручонки и забирай назад своё имущество. Всё вроде бы просто. Проблема была в том, что между мной и моей собственностью, прямо по центру, разгорелась нешуточная схватка.
Я бы назвал эту картину – «Отважный Гулливер сражается с трусливыми лилипутами». «Отважный» — это потому, что юный Павлик не на мгновение не задумавшись, кинулся на выручку сестры. А – «трусливыми» - потому как этих самых лилипутов нигде видно не было, а вот их лилипутских канатов, которыми они связали беспечного великана, было предостаточно.
Сцена вышла эпическая. Огромный Чудовище – воткнув в землю свои короткие, кривые ножки, ревел и разрывал мощными руками наползавшие на него корни. И их измочаленные ошмётки, переломанными бабочками, разлетались в разные стороны. А чистейший янтарный сок, выдавленный из мягких и сочных корней, сплошной плёнкой покрывал грубую одежду великана, а так же его перевитые мышцами руки, густые волос и яростное, перекошенное лицо.
Возможно, наивный, неискушённый в таких схватках зритель, сравнил бы эту сцену со всем известным эпосом, где мифический Геракл побеждает Лернейскую гидру, и возможно, даже восхитился бы неимоверной силой и выносливостью нашего героя. То и есть Чудовища. Но этот зритель, совершенно точно не должен был быть жителем Сабарии.
Любой малолетний пацан из нашего городка, сразу бы подметил те малозначительные детали, которые указывали на то, что отчаянный и доблестный Павлик, (самоотверженно кинувшийся на выручку сестры), сейчас находится в двух сантиметрах от того, чтобы провалится в самую мерзкую, самую толстую, самую глубокую задницу, которую только можно было себе представить.
Любой колосковский мальчишка, что уже провёл пару месяцев на плантациях, сразу бы увидел, что те корни, которые разорвал Чудовище, даже и не думают опадать безжизненным хворостом и дожидаться своей незавидной участи. На несколько мгновений обмякнув, они закупоривали места разрывов и вновь вступали в схватку. И словно мало было этой напасти, к ним спешила помощь, состоящая из, довольно внушительного арьергарда ещё учувствовавшего в бою.
Он бы сразу отметил, что мощные кривые ноги героя, были уже плотно оплетены корнями и потому не менее мощные бедренные мышцы героя, мелко подрагивают, а ботинки скользя по земле миллиметр за миллиметром приближаются на встречу друг с другом. Корни же, не ограничившись ногами, ползли дальше, вверх. Пару тонких стеблей медленно но неуклонно обвивали его торс, а остальные устремились к бугрящимся от напряжения бицепсам.
Перерубив дурной отросток, который попытался схватить меня за щиколотку, я дождался того момента, когда корни на ногах Павлика достигнут критической массы и завалят парня.
И произошло это, надо сказать, очень быстро, буквально через пару секунд.
- О-оо-у! – Возмущённо взвыл Чудовище и его нелепое, большое и горбатое тело, рухнуло на дорогу.
Он крутанулся, перекатываясь со спины на грудь, чем заплёл разрозненные корешки в подобие каната и, воткнув руки в землю, попытался встать. Именно этот момент я и выбрал, чтобы метнутся к нему и тремя мощными ударами перерубить весь пучок разом. Сделать это, вышло гораздо легче, чем я предполагал, корни оказались мягкими, мясистыми, наполненными соком. Видимо их главная сила была не в крепости, а в подвижности.