Риган опустила стекло, чтобы не пропустить шум приближающегося автомобиля, прищурилась и почувствовала запах дыма. Несмотря на то что небо оставалось светлым, лес потемнел, и Дрейку придется включить фары, чтобы выбраться с просеки на автостраду…
Она увидела его «Джип», когда до него оставалось пятьдесят футов; затем он выскочил из-за деревьев на шоссе, перелетев через канаву, свернул направо, как и Риган, и помчался дальше. Она последовала за ним, отставая примерно на минуту, а потом включила мигалку и выжала педаль газа. Песколи знала эти дороги, а потому обладала преимуществом. Кроме того, у ее «Джипа» был более мощный двигатель.
Дрейк мчался сквозь ночь, ярко горели задние огни его машины.
Риган ехала все быстрее, чувствуя, как гудят шины; сердце стучало у нее в груди, перед мысленным взором проносились образы невинных детей.
На прямом участке дороги, когда она приближалась к крутому повороту, от старого «Джипа» ее отделяло всего шесть футов. Он резко свернул на повороте и вылетел на гравий противоположной обочины, хотя одна из шин все еще цеплялась за асфальт. Риган сбросила скорость, наблюдая, как его «Джип» все дальше сносит с дороги и огни уходят в темноту.
– Сдохни, ублюдок, – сказала она, ударяя по тормозам.
«Джип» Дрейка соскользнул с обочины, правая фара ударила в сосну, капот со стоном смялся, ось лопнула.
Риган остановилась на обочине, с табельным пистолетом в руке выскочила из машины и закричала:
– Выходите! И я хочу видеть ваши руки. Выходите!
Дрейк не шевелился.
– Немедленно выходите!
Риган начала медленно приближаться к его «Джипу», жалея, что на ней нет жилета.
Дрейк ногой распахнул дверцу и медленно, держа руки над головой, выбрался из машины. Он был с ног до головы одет в черное. Черная рубашка, черные брюки, черные туфли.
– Что все это значит? – крикнул Дрейк. – Вы едва меня не убили. Вы полицейский псих?
– Речь о детях, – сказала Песколи, чувствуя, как горит у нее в горле. – Держите руки над головой и отойдите на пару шагов. Я хочу, чтобы вы оставались в свете фар, или, клянусь Богом, я вас застрелю.
– Я ничего не знаю ни о каких детях, – ответил он, но сделал так, как она проинструктировала, и отошел назад. – У меня начался большой пожар, мой телефон не работал, и я поехал к ближайшей пожарной станции. Вы можете вызвать для меня пожарных?
– Заткнись, – сказала Риган.
Она поравнялась с «Джипом» и увидела, что между сиденьями стоит винтовка, готовая к стрельбе.
– Ты собирался отстреливаться, если б тебе не удалось сбежать?
Так почему же он не пытался в нее стрелять? Что-то здесь не сходилось…
– Я ни в кого не собирался стрелять, – сказал Дрейк, продолжая держать руки над головой. – Я никогда в жизни не совершал преступлений. Худшее, что я сделал, – не сумел удержать под контролем огонь, а у меня даже нет страховки. Я думаю, виноват проклятый Уикс. Я обнаружил, что он чем-то занимался в моей хижине, пока меня не было.
– Филип Уикс рассказал мне совсем другое, – заявила Риган.
– Филип Уикс – безумный мальчишка-наркоман, – крикнул Дрейк. – Отец кормил его опиатами с тех пор, как ему исполнилось десять. Никто не поверит наркоману.
Она посмотрела на него.
– Ты почти меня убедил. Можешь идти.
– Можешь идти? Чушь! У меня лучшие адвокаты в Калифорнии. Тебе еще повезет, если ты сохранишь свою работу, когда они с тобой закончат… Так что тебе следует просто обо всем забыть.
Песколи посмотрела на винтовку. Крупный калибр, скользящий затвор, как у ружья, из которого убит Кейн. Она на дюйм отвела затвор, потом вернула его на место, увидев, что патрон в стволе.
– Ты знаешь, что убил на реке совсем не того парня, который видел девочку в кемпере? Он все еще с нами.
Дрейк быстро опустил руку за спину и вытащил пистолет.
Риган выстрелила.
Он упал, пистолет выпал из его руки.
Шум у нее в ушах заглушал все остальные звуки; гнев, кипевший в крови, почти ослеплял. Уже ни о чем более не думая, Песколи повернулась, одной рукой подняла винтовку и выстрелила в ветровое стекло своего «Джипа». Во все стороны полетели осколки стекла.
– Что ты… – начал побледневший Дрейк, который, не обращая внимания на кровь, не сводил взгляда с Риган. – Нет. Подожди. Я ничего не делал…
Она вытерла приклад и спусковой крючок краем своей рубашки.
– Подожди, – сказал Дрейк, услышавший далекий вой полицейских сирен. – Те дети. Со мной им было лучше. Они хотели это делать. Я давал им жилье, кормил и превращал их в кинозвезд. Они жили, как короли и королевы.
Ярость захлестнула все ее существо.
Перед глазами появилась черная пелена.
Палец лег на спусковой крючок табельного оружия.
– Ради бога… – Дрейк бросился к своему пистолету.
Песколи дважды выстрелила ему в грудь.
Вирджил крикнул федералам:
– Он уехал по проселочной дороге, в противоположную сторону от автомагистрали.
Отряд спецназа в свете пожара рысью побежал к трейлеру Уикса.
– Там его уже нет, – пробормотал Джонсон.
