Выражение лица Рувана по-прежнему совершенно не поддается прочтению. Он приближается медленным шагом, закрывая все пространство между нами. Я резко вдыхаю, и все, что я вдыхаю, — это он: запах огня, потрескивающего в его комнате, мха, растущего на стенах замка, старой кожи и дерева, и дух этого самого замка, проявляющийся в воздухе вокруг него. Это опьяняет. Это мучительно. Голова кружится.
— Если хочешь, можешь быть для меня никем, — грубо шепчет он.
— Но поклявшиеся на крови...
— Ты станешь никем, как только мы снимем проклятие.
— А если мы не сможем снять его?
Серповидная улыбка кривится на его губах. Она горькая. Почти зловещая. Такого я не видела от него с тех пор, как впервые попала в Мидскейп.
— Если тебе так не нравится быть поклявшейся на крови, то тебе лучше бороться изо всех сил, чтобы разорвать ее. — Он отстраняется.
— Не то чтобы я ненавидела…. Я... Я…. — Я просто хотела иметь выбор.
— Тебе не нужно меня успокаивать. — Его плечо задевает мое, когда он проходит мимо. Я осталась стоять на его месте. Остолбеневшая. Ошеломленная.
К тому времени, когда я снова смогла произнести слова, он уже ушел.
В Темпосте выпал обильный снег, который скапливается на карнизах и обочинах улиц. Сотни людей, суетясь, утрамбовывают его, отталкивают с дороги. Я с трепетом пробираюсь сквозь них.
Горячие конфеты пузырятся в котле. Ночь окрашивается в оранжевый цвет от сверкающих палочек, которые несут жаждущие дети. Женщина склонилась над уличным ларьком, пытаясь раздать подвески с изображенными на них созвездиями.
— Со звездами на шее — судьба твоя! — призывает она.
Я делаю паузу.
— Ты же не думаешь купить это, правда? — Ко мне подходит мужчина с таким же оттенком каштановых волос, как у меня, и знакомыми зелеными глазами. — Это не реально, ты же знаешь.
— Я знаю, зачем я сюда пришла. — Я похлопала по мешочку на бедре. Внутри звякнуло несколько монет.
Пришла сюда за...
Передо мной стоит человек. Совсем другой, чем тот, что был рядом со мной раньше. Человек со слишком знакомыми золотыми глазами и длинными белыми волосами, скрытыми под капюшоном.
Человек, пока еще неизвестный.
Человек, который улыбается с тяжестью судьбы.
— Дай мне руку, — говорит он, — у меня есть время еще на один.
Я опускаюсь перед ним на колени, протягиваю ладонь. Вампир берет ее обеими руками и тянет к себе. Он наклоняется, медленно раздвигает губы. Клыки вонзаются в плоть у основания моего большого пальца. Достаточно, чтобы прорвать кожу. Когда кончик его языка проводит по моей кожи, я вздрагиваю.
Его глаза устремлены на меня. Я резко вдыхаю.
— Ты... — шепчет он, — наша судьба.
Прошло уже несколько дней, а мы не произнесли друг другу ни слова после нашей... даже не знаю, как это назвать. Спор? Несогласие? Интенсивный разговор? Дискуссия?
Я опускаю молоток с тяжелым звоном, который очень гармонирует с кипящим во мне разочарованием. За все это время он даже не пил из меня. Я вижу, как впадины на его щеках становятся все глубже. На них залегли тени. Я качаю головой. Я все еще не могу поверить, что хочу, чтобы он пил из меня. Но ему нужны силы.
Как я сюда попала?
Этот вопрос не дает мне покоя. Настойчивый. Ясный. Но ответы на него туманнее, чем сны, которые пытаются убежать от меня с каждым рассветом.
