Терсиус двигается так же быстро, как вампир. Он хватает ее за запястье и нависает над ней. Книги падают на пол.
— Я не могу позволить тебе сделать это.
— Отпусти меня.
— Он достаточно близок к Королю Эльфов, чтобы получить разрешение на переправу своих армий через Фэйд, если ты расскажешь ему о моих планах. — Лицо Терсиуса слегка расслабляется, голос становится умоляющим. — Разве ты не видишь? Я делаю... я делаю это ради нас. Ради нашего народа. Мы отвоюем Мидскейп, и я стану благосклонным правителем. Ты сможешь сидеть рядом со мной и помогать мне, как ты всегда делала. Почему ты не можешь мне доверять?
— Я больше не знаю, кто ты. — Лоретта вырывает свою руку из его и идет хватать книги.
— Ты не тронешь их! — Терсиус толкает ее. Может быть, это ярость, проникающая в него. Возможно, это его новообретенная сила делает его сильнее, чем он думал, сильнее, чем он может компенсировать.
Он врезается в нее с силой кабана. Лоретта едва успевает вздохнуть, как из нее вырывается весь воздух. Это не рыдание. Это не крик, не вопль агонии, когда ее ребра проваливаются внутрь. Ее глаза слегка расширяются. Она едва осознает, что происходит.
Ее, как тряпичную куклу, швыряют в ворота позади нее. Раздается резкий треск, и на землю выливается кровь. Она подпирает железную конструкцию, голова ее безвольно повисает.
Наступает долгая минута молчания.
— Нет, — шепчет Терсиус. — Нет, нет! — Он бросается к ней, пытаясь поднять ее лицо. Слезы текут по его щекам. Но нежность быстро исчезает, сменяясь яростью. — Я говорил тебе... Я говорил тебе не идти. Но тебе пришлось. Почему ты должна была? — Он трясет ее и вдруг отпускает. Лоретта падает на землю. Терсиус отступает, как будто его обожгло. — Это его вина, — шепчет он. — Король Вампиров... тот, кто направил твое сердце против моего. Это его вина. — Терсиус начинает смеяться.
Мир смещается.
Мы снова в подземном зале крепости охотников. Терсиус благоговейно кладет три книги на статую себя на хранение. Он раскладывает на алтаре ритуальные инструменты.
Он готовит эликсир из крови Лоретты и своей собственной.
Я моргаю, и все снова становится другим.
Терсиус обращается к небольшой толпе под колокольней Деревни Охотников.
