— Видите ли вы? Видите ли вы теперь? Король Эльфов солгал, что Фэйд защитит нас от могущественной магии Мидскейпа. Они придут и убьют нас всех, если мы не убьем их первыми. Мы должны защитить нашу землю, иначе погибнем от их руки, как погибла моя дорогая сестра, — кричит Терсиус группе молодых охотников. — Убейте их. Убейте их ради человечества, ради нашего будущего.
Воспоминания становятся туманными, кровь стынет в жилах. Образы расплываются.
Битва огня и серебра.
Солос в меньшинстве. Лоретта была тайной. Он не мог привести армию на защиту своей человеческой возлюбленной. Только небольшой контингент присяжных стражей знал о ней — те немногие, кого он послал через Фэйд — собрать убежавших людей. — Мужчины и женщины, которые унесли с собой в могилу тайну истинного основателя кровавого предания.
Я следую за Терсиусом в туман. Мы мчимся сквозь багровую ночь. Глубоко внутри меня есть нить, которая тянет меня вперед. Она тянет меня к башне, недалеко от тайного входа в замок Темпост, к остановке на дороге, которую раскололо надвое Фэйда.
Солос там, раненый и убегающий.
Терсиус бросается в атаку. Они с Солосом обмениваются ударом за ударом. Вопреки опасениям Терсиуса, они оказались на удивление равны. Его эликсир подействовал. Но не настолько, чтобы победить.
Они оба окровавлены, изранены.
Умирают.
Терсиус выхватывает из болотной грязи тушку ворона. Он вгрызается в нее, и кожа рвется. Кости хрустят. Перья прорастают там, где их не было.
Он улетает.
— Чтоб тебя, будь ты проклят, — рычит Солос в небо. Он обращается к кинжалу в своей ладони — кинжалу, которым он сражался, кинжалу с таким же блеском, как серебро крови Лоретты. — Проклятие над тобой. Проклятие мести, проклятие, наложенное кровью за кровь.
Солос удаляется в башню.
Я резко просыпаюсь. Сердце колотится, но не быстрее, чем ноги несут меня обратно вглубь замка. Вниз, к проходу, ведущему через Фэйд.
Я знаю, кто наложил проклятие... и знаю, где — и что — находится анкер.
ГЛАВА 46
Иногда, заходя в кузницу — котел безграничных возможностей, женщина еще не знает, что она собирается сделать. У нее есть инструменты, материалы, а главное — умение. Перед ней открывается целый мир возможностей.
Иногда то, что она делает в итоге, поражает воображение. Это новое. Другое. Как бабушкин замок. Иногда это вообще ничто, просто беспорядочная практика работы с металлом. А иногда то, что получается, совсем не то, что она задумала. Это что-то другое. Может быть, не хорошее, не плохое, а просто другое.
Это один из первых уроков, которые преподала мне Мать о кузнице.
Создание будет происходить само по себе. Все происходит независимо от нашего намерения, и все, что мы можем сделать, — это судить о результате. Мы бессильны изменить его в процессе.
Я стою перед руинами. Именно сюда меня потянуло в ночь Кровавой Луны. Сюда меня тянуло, когда здесь останавливался Дрю. Каждый раз у меня находилось оправдание, причина, по которой меня тянуло к этому месту. Сначала это была сила вампира, взывающего к Рувану. Потом — связь с братом, тянущая меня к нему после столь долгой разлуки.
