Мне тут же хочется ответить что-нибудь резкое, воскликнуть «да», однако… этот странный мир и несколько вампов, с которыми я познакомилась, приводят меня в замешательство. Во всех историях, с давних пор существующих в Охотничьей деревне, говорится о кровожадном повелителе вампов и легионах его безмозглых смертоносных собратьев, которые каждые пятьсот лет, когда восходит кровавая луна, стремятся опустошить человеческие земли. И лишь охотники способны им помешать.
Однако нигде даже мельком не упоминалось о небольшой кучке друзей, обитающих в опустевшем, обветшалом замке.
Руван вдруг подается назад, вновь переключая внимание на доспехи, и напряжение растворяется.
– Скажи-ка, что в годы, последовавшие за прошлой кровавой луной, ваши охотники делали с нашими павшими?
Похоже, у меня все же есть шанс узнать о них побольше.
– Оставляли их сгорать на солнце.
– Ах да, конечно, мы ведь не достойны погребения, – морщится он.
– Мы не хороним монстров.
– По-твоему, я похож на монстра? – Его тихий вопрос полон печали, тоски и… какого-то затаенного желания. Но для чего все это? Что ему от меня нужно?
Я всматриваюсь в лицо вампа с высокими скулами и тонкими, властными губами, резко очерченным носом и квадратным подбородком. Совершенство в чистом виде. И это выбивает меня из колеи. Невыносимо на него смотреть… и все же я не в силах отвести взгляд. А еще с трудом подавляю желание к нему прикоснуться.
– Я видела твой истинный облик. Ты настоящий монстр, – шепчу я.
– Мой истинный облик? Это… это… – Похоже, Руван не находит слов и просто качает головой. – Ну почему ты такая упертая? Мой настоящий облик не тот, а этот. Если бы не проклятие, лишающее меня сил, мощи и иссушающее тело, я бы с самого начала выглядел вот так. – Он проводит рукой по груди, цепляясь длинными пальцами за полураспущенные шнурки рубашки и ослабляя их еще немного. Никогда я с таким вниманием не изучала мужское тело. И не оставалась так долго наедине с мужчиной. От осознания этого внутри все переворачивается. – Мы превратились в монстров только из-за проклятия, наложенного вашими людьми.
– У нас нет таких способностей, – с трудом выдавливаю я.
– Когда-то были. Похоже, твои предки украли часть наших знаний о магии крови и сохранили их.
– Я даже не знала, что в моей крови есть магия, – возражаю я. В его рассуждениях слишком многое не сходится, и я больше не в силах молчать. Хотя, возможно, стоило бы. – Неужели, по-твоему, все жители Охотничьей деревни поддерживают некое тайное проклятие? Будь у нас и в самом деле такая сила, мы бы использовали ее для борьбы с вашими монстрами.
– Монстры… опять это слово! – Руван делает шаг вперед, вторгаясь в мое личное пространство. Всего лишь небольшое движение, однако мои чувства тут же обостряются. – Наверное, так можно назвать тех, кто поддался проклятию, поскольку они утратили сознание и действуют, подчиняясь лишь инстинктам. Да, они монстры. Но вместе с тем и жертвы. Твои руки испачканы кровью, как и мои. Мы оба родились в клетках, созданных не нами. – Хмурое выражение его лица немного смягчается. Руван приоткрывает рот, в котором мелькают зловеще-острые клыки. Если бы не это напоминание об его истинной природе, он почти мог бы сойти за человека. Повелитель вампов все так же вглядывается в мое лицо. Чего он хочет? Моего сочувствия? Прощения за все, что сделал? – Но мы с тобой можем все исправить и освободиться от бесконечного кошмара. Конечно, если ты хотя бы на время способна отбросить слепую ненависть и увидеть перед собой правду.
Почти запретное слово, полное тоски и желаний. Я с самого рождения отчаянно стремилась к ней, но со временем мне пришлось научиться заглушать в себе это чувство, чтобы не сойти с ума. Неужели я и вправду смогу ее обрести?
Нет. Вряд ли. Он лжет. Свобода не доступна никому из нас. Только смерть. И думать иначе – лишь бередить почти зажившую рану. Ведь глубже всего ранит именно надежда.
– Ничего не скажешь? – Руван разочарованно качает головой, и меня уносит в океан исходящей от него печали. – И почему я ожидал от тебя большего? – Он кивает на стол, полный серебряных серпов, кинжалов и мечей. – Бери все необходимое, чтобы защитить себя. Все, что захочешь. Приготовься к самой важной битве в своей жизни, чтобы мы как можно скорее могли покончить с нашим соглашением.
Наверное, услышав о битве, мне следовало бы испугаться, однако сейчас меня занимает исключительно оружие. Мечи. Моя семья уже несколько веков не ковала мечей. Серпы легче, на них требуется меньше металла. И пусть вооруженными серпами охотникам приходилось вступать в ближний бой, зато с таким оружием они двигались намного быстрее.
Только что бы создала я, будь у меня выбор? Если бы под рукой имелись все необходимые ресурсы, и мне не приходилось защищать целое поселение. Над чем бы я стала работать? Никогда прежде я об этом не задумывалась.
– Они старые, – шепчу я.
– И что? Старым оружием тоже можно отлично сражаться, – закатывает глаза Руван.
