Некая незнакомая часть моего существа жаждет битвы и, безрассудно наплевав на инстинкт самосохранения, толкает вперед, побуждая убивать, хотя в этом у меня очень мало опыта.
Однако другая часть, движимая человеческими порывами, при виде жуткой физиономии, похожей на лицо самой Смерти, заставляет меня замереть на месте.
Лавенция бросается в атаку.
Монстр двигается резко, не слишком естественно, но, несмотря на недостатки мускулов, намного быстрее, чем можно предположить по его внешнему виду. Он замахивается рукой, длинные, костлявые пальцы которой заканчиваются когтями.
Лавенция грациозно подныривает под его руку и наносит удар клинком в плечо. Серебро легко прокалывает кожу, и монстр, удивленно раскрыв рот, замертво падает на пол.
Я слегка меняю положение тела.
– Не расслабляйся, – тут же тихим, резким голосом предупреждает Руван, склонившись к моему уху. – Одного обезвредили. Но их еще достаточно, чтобы тебя убить.
Я быстро кошусь в темноту.
Если Уинни права, то впереди нас ждут еще четырнадцать. Я крепче стискиваю серпы. Обойдя вокруг меня, прочие вампы рассредоточиваются по помещению, двигаясь навстречу неминуемой опасности. Но я застываю на месте. Руван, держась чуть позади своих вассалов, остается рядом со мной. Может, чтобы защитить, если я начну колебаться? Сейчас, глядя на его сильную, надежную фигуру, мне и в голову не приходит его отталкивать. Особенно когда начинают сдавать нервы.
– Боишься, Риана? – От его дыхания шевелятся волоски у меня на затылке.
Я просто в ужасе. Все наши спутники растворяются в полной темноте, лежащей за пределами моего магически усиленного зрения, и оттуда доносятся звуки разгорающейся битвы.
– Да. – Я даже при желании не смогла бы ему солгать, особенно теперь, когда правда совершенно очевидна.
Руван хмыкает. Мой ответ явно порождает в нем какие-то сомнения.
Я закрываю глаза.
– Может, дать тебе еще силы? – Сам этот вопрос кажется более опасным, чем любые надвигающиеся на меня враги, ведь он манит запретной магией. – С ней будет легче бороться. Даже если ты перестанешь бояться.
– Что?
Я поднимаю глаза на Рувана, едва не касаясь его носа своим. И почти растворяюсь в его пристальном напряженном взгляде. Тени вокруг повелителя вампов кажутся практически живыми, от его плеч исходит та самая магия, о которой он говорил.
Он слегка наклоняет голову.
– Соглашайся. Возможно, для кого-то вроде тебя это единственный способ здесь выжить.
Для кого-то вроде меня? Человека? Или мои опасения верны? Может, после работы в кузнице и неумелой оценки битвы он догадался о правде? Или знал ее еще с тех пор, как я замешкалась с Куином на обледенелой дорожке?
– Ну? – настойчиво подталкивает Руван, будто говоря:
Хочу ли я его силы? Но ведь вопрос не в этом. Согласна ли я выпить его крови?
До сих пор я об этом даже не задумывалась, однако… Руван ведь уже давал мне свою магию, а охвативший меня ужас отдает отчаянием. Я не хочу здесь умирать. Только не сейчас, после всего, через что прошла. Совсем скоро мы доберемся до его двери, и я получу свободу.
Только вот что из-за этого подумают обо мне мама, Дрю и жители деревни?
К щекам приливает жар, дыхание сбивается.
Однако глупо отрицать очевидное. Здесь некому судить меня за то, что я собираюсь сделать. Нет ни охотников, ни деревни. Лишь монстры во тьме и мужчина, сотканный из лунного света, который предлагает мне спасение. И глубоко внутри зарождается и растет мучительная потребность, желание вновь стать свободной. Пусть он разрушит меня и воссоздаст заново, и, возможно, на один благословенный миг мне удастся стать самой собой и хотя бы раз в жизни победить страх и смерть.
– Дай мне силу, – прошу я, отбрасывая всякий стыд.
Он подносит большой палец ко рту и слегка прикусывает. По его ладони начинает змеиться тонкая струйка крови. Рот у меня тут же наполняется слюной. В сравнении с охватившей потребностью меркнет любое отвращение к реакции собственного тела.
Руван скользит кончиками пальцев по моей щеке и обхватывает подбородок, а большим пальцем касается нижней губы.
– Вот так, немножко. Тебе хватит.
Я приоткрываю губы, и Руван просовывает скользкий от крови большой палец мне в рот. Я инстинктивно облизываю укушенную подушечку и глотаю.
Меня тут же наполняет его магия, словно бы я – какой-то сосуд, в который она особенно стремится. Делаю резкий вдох, и Руван убирает руку. Тревоги мгновенно начинают притупляться, обостряются чувства. Повелитель вампов мрачно поджимает губы, но я не спрашиваю, в чем дело. Не хочу даже знать, чем он недоволен, ведь меня охватывают… восхитительные ощущения.
