– Доктор не ошибся. Если убийца остался безнаказанным?
Аполлон Григорьевич присвистнул:
– Не могу поверить. Вы выпустили отравителя из когтей?
– Давайте рассуждать логично, – сказал Ванзаров, слезая с лабораторной табуретки. – Кто, по-вашему, мог быть убийцей?
– Ну, я бы сделал ставку на мать, жену Сундукова.
– Почему?
– Она долго доктора не вызывала. Ждала действия яда.
– Какие у нее могут быть причины?
– Вот уж не знаю… Ненавидела мужа, помутилась рассудком от ненависти, захотела так ему отомстить…
– Еще идеи есть?
– Может, нянька? Флакончик у нее под матрасом нашелся… Остальное могла разыграть.
– Кто из родственников мог это сделать? На ваш вкус.
– Могла старуха, – безмятежно ответил Лебедев. – К старости мозги тупеют и склоняются к преступным деяниям.
– За что вы так о почтенной даме?
– Соврала вам, что не была в детской. Угадал?
– Нам, Аполлон Григорьевич, угадывать неприлично, – сказал Ванзаров. – Что говорит логика? Начать с того, что убийство готовилось заранее. Отравленная кошка, Федорино горе с желудком – не что иное, как проба яда. Первый раз пересыпали, второй – недобор.
– Да, это возможно, – согласился Лебедев. – Кто же пробовал?
– Тот, кто мог знать, где мышьяк хранится в доме. Только он мог оставаться незамеченным в суете подготовки дня рождения.
– Конечно! И это…
– Не спешите… То, что вы посчитали нелогичным для поведения матери, как раз объяснимо: она жутко боялась мужа. И вот накануне праздника внезапная болезнь ребенка. Еще гости приехали. Сплошной позор! Она не стала вызывать доктора, чтобы не разозлить Сундукова. Всего лишь. Теперь нянька. Если бы она знала про флакончик в матрасе – сидела бы смирно, не ерзала. Федора не знала, что его туда засунули. Флакончик ей мешал. Что же до воровки-тетушки, то врала старуха от страха, чтобы не вдаваться в подробности, зачем была в детской. А была она там, чтобы подговорить ребенка прилюдно похвалить черепаху. Что-то вроде бедной гордости.
– Допустим. Но кто же убийца?
Ответил Ванзаров не сразу, собираясь с силами.
– Помните у Пушкина: «Ужасный век, ужасные сердца»?
Лебедев картинно скривился.
– Вы еще Некрасова процитируйте о страданиях народа.
– Некрасов не к месту, – ответил Ванзаров. – Ответ очевиден: мышьяк находился на нижней полке, солонку взяли снизу буфета. Она нашлась в траве, где играли дети. Понимаете, кто мог ее взять?
– Не понимаю, – сознался Аполлон Григорьевич.
– Простая логика поступков, – продолжил Ванзаров. – Свидетели видели, как Альберт играл с черепахой. Ничего странного. Странно другое: черепаха оказалась в аквариуме. Сам Альберт никогда бы ее туда не положил – ему роста не хватит. Значит, кто-то ее вернул. Кто-то знал, зачем это сделал. Няня исключается, она занималась с заболевшим ребенком. Остается кто-то другой. Остается убийца. Сделано это для того, чтобы черепаха не привлекала внимания. Вышло наоборот. Пытаясь скрыть улику, преступник выдал себя.
– Какое отношение имеет черепаха к убийству?!
– Альбертик играл с животным, а потом потянул пальцы в рот. Отчего наглотался яда. Мышьяк был посыпан на панцирь. Черепаха вернулась в аквариум, яд стек с панциря и прикончил ее. Ненужный флакончик был засунут туда, куда проще всего добраться…
Задумавшись, Лебедев отчаянно дернул головой:
– Не может быть!
– К сожалению, может, – ответил Ванзаров. – Маленькая девочка, которую никто не замечает, ходит, где хочет, и делает, что хочет. Она не наследница, она просто ребенок, до которого отцу нет дела. До братика всем есть дело. С ним все носятся. Ее никто не стесняется, отец рассказывает, как оставит наследство Альберту. Лидочка слушает и думает, не по годам умная девочка, что с характером Альбертика наследство будет пущено по ветру. А его надо сберечь. Лидочка очень бережливый ребенок, вся в отца: продает дачникам малину за рубль. Она понимает, что братик должен умереть накануне объявления завещания. Лидочка не разбирается в юридических тонкостях, она думает, что раз папенька объявит брата наследником, ничего уже сделать нельзя. Наследство пропадет. Она спешит. Сначала пробует на кошке, потом на няне, умный ребенок. Для этого солонка очень удобна: посыпать нянину еду и посмотреть, что будет. Но Лидочка теряет солонку на прогулке. Остается флакончик.
– Ребенок не мог знать, что подарят черепаху! Хотите приписать ей такое коварство?
– В чем-то вы правы, – согласился Ванзаров. – Мы никогда не узнаем, как Лидочка собиралась накормить Альберта мышьяком. Ей сопутствовала удача: подарок тетушки Начкиной. Умная Лидочка быстро сообразила, что делать. Оставалось подговорить брата, чтобы отец разрешил играть с подарком уже сегодня. Что Альбертик и проделал за обедом. Он всегда получал, что хотел… Лидочка вытаскивает черепаху из аквариума, посыпает мышьяком. И дает братику. А потом возвращает черепаху обратно. Когда Лидочка уходит во двор, она ненадолго отходит от кухарки, идет в комнату Федоры и прячет в матрасе мышьяк. Все удается потому, что ребенка никто не замечает. Она буквально невидима. Может делать все, что придумает.
