– Вы неверно поняли… – попытка оправдаться была не слишком резвой.
– Трудно не понять очевидное, – ответил Ванзаров. – Ваш внезапно заболевший приятель, господин Семеновский, имеет деловые отношения с Квадри?
Прежде чем ответить, Кукульскому понадобилось тщательно вздохнуть.
– Видите ли… Паша… Павел Михайлович фактически владелец общества… Формально Виктор Андреевич не передал ему свою долю, но…
– В случае смерти Квадри общество получает Семеновский.
– Со всеми долгами и… долгами, да, – поспешил уточнить разговорившийся охотник. – Сейчас на бирже не лучшие времена… И у нас, и в Москве…
– Но акции могут вырасти?
– Разумеется… На то и биржевая игра…
– Слышали крик о помощи?
Резкий поворот в разговоре сбил с толку.
– Крик о помощи? – переспросил Кукульский.
– Было два крика: первый «Помогите!», второй на латыни.
Биржевик решительно покачал головой.
– Ничего такого не слышал.
– Заблудились в лесу?
– С чего взяли, господин Ванзаров?
– Вышли с барышней не к поезду, а к этой полянке.
– Наше обычное место встречи! После… э-мм… прогулки собираемся здесь и компанией направляемся к буфету. Да хоть у Петеньки спросите…
– Вы свободны.
Покинув натоптанный снежок с большим облегчением, Кукульский уступил лобное место Малочаеву. Охотник за деньгами наивных тюфяков вел себя смирно, как нашкодивший гимназист.
– У господина Семеновского слабое здоровье, часто болеет, – сказал Ванзаров столь уверенно, будто знал. Чем вызвал недоумение.
– Это кто ж такое выдумал? – ответил вопросом Малочаев. – У Паши бычье здоровье, перепьет любого… Не помню, чтоб у него насморк был. Не говоря уже о зимней инфлюэнце[43].
– Что же он захворал так неудачно?
– Ума не приложу, – развел руками биржевой игрок. – Уж так Паша хотел открыть сезон, столько разговоров…
– Объясните простую арифметику, – начал Ванзаров. – В компании четверо охотников: вы, Кукульский, Квадри и Семеновский. А приглашено всего три барышни. Господина Тухова в расчет не берем. Или господин Семеновский не любит целоваться с девицами?
– Да что вы! – Малочаев праведно возмутился. – Паша юбки не упустит. Такой ходок по женскому полу… Как только жена его терпит…
– Тогда почему три девицы?
Вопрос, простой с виду, оказался вдруг неразрешимым. В чем Малочаев признался.
– В таком случае сделаем вывод, – продолжил Ванзаров. – Господин Квадри еще вчера знал, что Семеновский не поедет. Платить лишнюю десятку не хотел, мадемуазель Новоселову наметил для господина Тухова. Сам же в этот раз готов был потерпеть. Ради удовольствия важного клиента.
Оставалось только согласиться. Что Малочаев и сделал.
– Странно, что Паша так себя повел, – добавил он.
– Странно другое: на три двустволки было четыре двойных выстрела, – сказал Ванзаров.
– А ведь ваша правда… Кто же это стрелял?
Вопрос повис в воздухе, да там и замерз. На морозе и не такое бывает.
– Господин Семеновский хорошо стреляет?
– Отменно… Среди нас – он один настоящий охотник… Постойте, вы намекаете…
Ванзаров предпочел ответить молчанием. Чем привел Малочаева в сильное волнение.
– Ну знаете… Нет, не может быть… Что за чушь… Как хотите, но не поверю, что Паша убил Виктора Андреевича… Они ведь друзья, как братья.
Чиновник сыска не стал пояснять, сколько верных друзей убили друг друга за меньшее. За куш получить биржевое общество, пусть и тонущее, можно решиться на многое.
– Господин Ванзаров, позвольте просить о любезности? – самым душевным тоном начал Малочаев.
– Не хотите, чтобы про шашни на охоте стало известно вашей жене? И жене Кукульского?
– Рад, что понимаете это обстоятельство… Как мужчина мужчину… Буду крайне обязан.
Ванзаров невольно подумал: в чем может выразиться благодарность биржевика? Нет уж, лучше деньги раздать нищим. Да вот хотя бы Тухле. Он их потеряет с не меньшим успехом.
– Ничего не могу обещать, – ответил Ванзаров.
Паровозик громко сообщил о прибытии. Не прошло пары минут, как показалась фигура в цивильном черном пальто, которая торопливо приближалась. Становой пристав 3-го стана, коллежский асессор Толин военного чина не имел, а потому носил гражданскую одежду. Он поздоровался с Ванзаровым за руку на правах знакомого и осмотрел место происшествия. Впрочем, не слишком старательно.
– Родион Георгиевич, вы-то как здесь оказались? – спросил он, отвернувшись от погибших.
– Случайно, Василий Семенович. Друг позвал на воскресную охоту.
– Надо же какое счастливое совпадение. Я уж подумал: сыск так навострился, что раньше нас прибывает… Что ж, такое несчастье: погиб наш уважаемый Виктор Андреевич… Да еще девица с ним. Как бывает на охоте: случайный выстрел?
– Не в этот раз, – уклончиво ответил Ванзаров.
Толин насторожился.
– Намекаете?
– Говорю напрямик. Случайным может быть один выстрел. Два – нет.
– Кто-то из… – Становой пристав выразительно оглядел троих мужчин и двух промерзших барышень.
– Подозреваемый есть, но доказать не могу. Пока не могу. Вас не затруднит проверить: у Квадри ничего не пропало?
Не слишком охотно Толин вернулся к телам, Новоселову вниманием обошел, а Квадри осмотрел, не нагибаясь.
