Под руководством Маталена, которого вывели из кареты, жандармы, помощник прокурора и наши друзья военные перевернули лачугу вверх дном, но так ничего и не нашли.
По мере осознания всей тщетности предпринятого демарша Матален все больше бледнел и нервничал, чувствуя, что в затеянном им противостоянии с Меротт он вполне может оказаться проигравшей стороной, и поэтому исступленно продолжал поиски. Лицо де Кери тем временем с каждой минутой темнело, в глазах загорелись первые проблески гнева.
– Обвиняемый нас просто разыграл, – наконец сказал молодой судейский, обращаясь к Роберу де Сезаку и майору Монсегюру.
– Разыграл?! – взорвался Матален.
Наверное, он хотел добавить что-то еще, но, немного подумав, пришел к выводу, что в сложившейся ситуации от него требуются не слова и утверждения, а единственно доказательства. И тогда бретер вновь взялся за поиски.
– В подвале смотрели? – спросил он.
– Да.
– Они должны быть где-то совсем рядом, я чувствую, – сказал он. – Могу в этом поклясться и поспорить на что угодно. Увидев нас на этой голой равнине, Меротт спряталась.
Но все было напрасно, обыск ни к чему не привел. Тогда помощник прокурора в порыве неконтролируемой ярости приказал жандармам:
– Наденьте на него наручники.
Матален вздрогнул и хотел было оказать сопротивление, но что он мог сделать? Через минуту ему сковали руки и усадили обратно в карету.
Когда экспедиция под руководством де Кери ни с чем вернулась в Бордо, уже было темно. Время от времени молодого законника душил слепой гнев, с уст Монсегюра то и дело срывались отборные ругательства.
– Дьявольщина! – наконец воскликнул он. – Нужно было остаться там, в ландах. Ну ничего. Завтра утром, господин помощник королевского прокурора, я разузнаю, где скрывается эта гадина, можете не сомневаться.
– Послушайте! – сказал Матален. – Прикажите арестовать злодея по имени Жюдисель. Он живет на болоте и если его разговорить… Впрочем, он и сам все расскажет, если вы сообщите, что его выдала Меротт, не желая платить обещанного вознаграждения.
Как видим, Матален стал проявлять себя человеком сноровистым. Опасность заставляла его быть изобретательным.
– А ведь обвиняемый подал нам прекрасную идею, – сказал де Кери. – Капрал Матерон, эту задачу я поручаю вам.
Жандарм по-военному отдал честь.
– Возьмете с собой четверых решительных парней и окружите дом этого бандита. Если таковой, конечно же, существует, – добавил законник, глядя на Маталена.
– Уж за что, а за это я отвечаю.
– Если же его, по случаю, не окажется дома, спрячетесь поблизости и, как только он появится, схватите. А пока препроводите обвиняемого в тюрьму.
Маталена, к его большому неудовольствию, вновь посадили под замок. Помощник королевского прокурора раскланялся с Робером и Монсегюром и отправился докладывать о результатах операции своему непосредственному начальнику.
– Скажи-ка, Монсегюр, – спросил полковник, оставшись наедине с майором, – ты собираешься рассказать мадам де Блоссак, что нас постигла неудача?
– Кхе-кхе! – кашлянул старый вояка. – Столь неприятные обязанности мне не по нутру.
– Как поступим?
– Право же, полковник, мы же не говорили ей, что должны вернуться этим вечером. Плохие новости вполне можно сообщить и завтра.
– Что тогда будем делать?
– До полуночи – все что пожелаете. Потом я намереваюсь вновь заняться поисками.
– Если ты не против, давай навестим Ролана де Коарасса и узнаем, как он себя чувствует.
– Давайте.
Обильно поужинав, – от загородного воздуха у офицеров-кирасиров разыгрался аппетит, – они неспешно направились на улицу Тан-Пассе. Нет нужды говорить, что Кловис, Танкред и даже Ролан, который поправился настолько, что даже мог стоять на ногах, встретили их с распростертыми объятиями.
Рана Ролана, показавшаяся такой серьезной в тот вечер, когда его заманили в ловушку, на деле оказалась не столько опасной, сколько курьезной.
Пуля злодея, ударив в ребро, описала полукруг, как уже однажды было во время одной известной дуэли, и с силой ударила в позвоночник. Этот удар сначала спровоцировал глубокий обморок, затем, когда молодой человек пришел в себя, у него констатировали характерное в подобных случаях сотрясение мозга, симптомы которого к тому моменту, когда майор и Робер де Сезак явились к молодым людям, уже стали исчезать.
– Вы знаете что Матален арестован?
– Да, весь город только об этом и говорит.
– Он выступил с разоблачениями.
– В самом деле?
– Да, и я думаю с разоблачениями самыми что ни на есть искренними, несмотря на то что мы потерпели полный провал.
– Господин де Сезак, прошу вас, говорите яснее.
– Пользуясь указаниями Маталена, мы направились в ланды Пессака, чтобы захватить дом, в котором, как мы надеялись, скрывалась Меротт со своими приспешниками.
– Но надежды не оправдались?
– Увы, сударь, но это так, – ответил своим зычным голосом майор. – Через пару часов старая гвардия бросится в бой, и если я прознал про ловушку, расставленную на Ролана де Коарасса, то доберусь и до обидчиков Мэн-Арди. Положитесь на меня.
– Вы уже решили, что будете…
