– Если я сдамся… разве станет лучше? – искренне ответила Аделина. – Если я могу помочь людям, которые нуждаются в помощи, то почему я не должна этого делать!? Неужели в этом есть что-то неправильное?
– Даже я не знаю, что правильно, а что нет… но таким как ты я уже помогал. Они были добры, чисты душой, наверное, даже справедливы, но несмотря на это потерпели крах. Выходит да, в твоих убеждениях действительно есть что-то неправильное.
– Что же их привело к краху? – с упрёком спросила Аделина.
– Скажем так, появились люди с другим понятием правильности. Они были глупы, алчны, но достаточно хитры, чтобы взять верх над добрыми и справедливыми. Если я тебе помогу, то рано или поздно ты повторишь их судьбу.
– А чем ты можешь мне помочь?
– В тебе есть сила способная изменить мир. Ты к ней ещё не готова, твой дух и тело слишком слабы, но я могу её пробудить. Ты этого хочешь?
– Кто ты…? – испуганно спросила Аделина.
– Я достаточно тебе рассказал. Да или нет?
– Да… – тихо произнесла Аделина.
– Почему? Такие как ты уже пытались что-то сделать и всё равно погибли.
– Даже если есть всего лишь мизерный шанс изменить мир к лучшему, его нельзя упускать. Я пообещала, что буду жить для народа.
– Да будет так. На протяжении всей своей сознательной жизни ты не хотела, чтобы тебя видели жалкой и беспомощной, это твоё самое сокровенное тайное желание, которое породило твою силу, – говорил уходящий голос. – Твоё тело не готово и будет разрушаться, но зато теперь я точно вижу, твой дух готов.
Едва Аделина очнулась, как свет ярче десятка солнц вырвался из её правой руки и мгновенно озарил безлюдные тихие улицы. Разбойники не успели удивиться увиденному, стоило им повернуться, как их глаза тут же окутал мрак, тяжелый, беспросветный, и отчаянный. Они начали кричать, метаться из стороны в сторону пытаясь найти опору, однако не прошло и десяти секунд, как их страдания прервал клинок Теодора. В отличие от разбойников, Теодор всё видел: видел невероятно яркую вспышку света, видел, как после неё Аделина снова потеряла сознание, и видел, как глаза разбойников словно изнутри покрылись туманом. Он всё это видел, но почему-то не ослеп.
Когда всё закончилось, из-за угла показался ещё один человек; лазутчик регента, который должен был помочь Теодору, если тот будет в опасности. Почему он не помог, хороший вопрос, однако сейчас Теодора интересовало совсем другое: что видел этот лазутчик и что он скажет отцу?
– Чёрт, что это было!? – опираясь о стену дома, проговорил лазутчик. – Это сделала она? Аделина?
– Ты про что? – спокойно спросил Теодор.
– Свет… ты разве его не видел? Он ослепил меня!
– Разве ты сейчас ничего не видишь? – не меняя тона, продолжил Теодор.
– С трудом… это сделала она?! Королева!?
– Не знаю что случилось, но это точно сделала не Аделина. Пока я во всём не разобрался, можешь ничего не говорить Вольдемару?
– Теодор, ты что, её защищаешь!? Это точно была Аделина, тут не в чем разбираться. Она настоящая ведьма!
– Ладно, где второй?
– Он ушел за подмогой сразу, как тебя окружили.
На решение оставались считанные секунды: если Теодор оставит лазутчика в живых, то Аделина в лучшем случае долго не проживёт. Пусть даже она королева, ей не избежать фанатиков, коими благодаря братству святого слова напичкан весь Веленгельм.
– Убить прихвостня отца, конечно, нетрудно, но кем мне является Аделина, чтобы я так рисковал ради неё? – подумал Теодор. – С ней каждое моё слово, каждая моя улыбка была фальшивкой. Да и как человек она не особо мне нравится, глупый, наивный, ребёнок. Хотя действительно, что это, чёрт возьми, было? Магия? Фокус? Трюк какой-то? Ладно, спасу её ради интереса. К тому же меня не оставляет мысль, что она подвергла себя такому риску только чтобы спасти меня. Да, точно, я всего лишь верну должок, всё-таки, если бы не она, возможно, я был бы уже мёртв.
Теодору даже не пришлось доставать меч, он просто спокойно подошел к лазутчику и вонзил клинок прямо ему в сердце. Это было подло, нечестно, неожиданно, но с другой стороны, Теодор всегда недолюбливал шавок отца. Всё детство они говорили ему что делать и докладывали отцу о малейшей оплошности, точно тюремщики. Кроме того, получи они такой приказ, то без колебаний убили бы Теодора.
– Да уж, ты либо очень глупая, либо очень смелая, – проверив пульс у Аделины, устало проговорил Теодор. – И как ты собираешься выжить в этом мире с таким характером? – сел он рядом. – В этот раз тебе повезло, но в следующий… выкручивайся сама.
Через час посол Мэнгорна снова вернулся в королевский шатёр и там, помимо короля, его уже поджидали несколько советников, которые тут же принялись задавать вопросы. Несмотря на их явно «скептичный» настрой, посол отвечал чётко и однозначно, не пытаясь излишне приукрасить условия главмагистра.
– Когда планируется напасть на Веленгельм? – прозвучал первый вопрос.
– Мне это неизвестно, – ответил посол. – Знаю только что скоро.
– А если мы к этому времени не успеем освободить Аренхолд?
