– Ты уверен? Насчёт яда… – осматривая свою раненую ногу, спросил Клык.
– Есть сотни ядовитых существ, обладающие подобным, ярким окрасом, – принялся объяснять Тавий. – При виде опасности они показывают хищнику живот и после этого, как ни странно, большинство хищников уходят. Опять же, существа с таким окрасом не обитают в тёмных местах.
– А есть какое-нибудь противоядие? – спокойно уточнил Клык.
– Какое-нибудь не подойдёт… – перевязывая ногу Клыка, взволнованно проговорил Тавий. – Придётся ждать симптомов и пытаться нейтрализовать уже их последствия.
– У животных с красным окрасом на животе есть что-то общее в действии яда? – внезапно вмешался Севастьян.
– Не всегда, но я тоже об этом подумал… – ответил Тавий. – Можно сделать противоядие от пустынной саламандры, но это слишком большой риск. Если мы не угадаем, то будет только хуже.
– Если первичные симптомы будут совпадать с симптомами яда пустынной саламандры, то… – продолжил говорить Севастьян, но его тут же перебили.
– Короче! – поднялся Клык. – Хватит сиськи мять, пойдём!
– Любые изменения в самочувствии тут же сообщай Тавию, это приказ, – спокойно произнёс Ферион. – Ты во второй ряд, мы с Фенриром впереди.
– Я в порядке, – шагая к первому ряду, проговорил Клык.
– Во второй ряд, живо, – едва сдерживаясь, повторился Ферион.
Даже Севастьяну стало не по себе от голоса Фериона, за долгие годы знакомства он никогда не звучал так угрожающе. Словно из улыбчивого друга, глава отряда вмиг превратился в жестокого и бескомпромиссного командира. Его взгляд, интонация, слова, всё говорило только об одном: любой, кто сейчас осмелится перечить его приказам, в лучшем случае, окажется под трибуналом.
– Будь осторожен… – смирившись, отступил Клык во второй ряд.
– Всем смотреть под ноги, – приказал Ферион. – Пошли.
Первые несколько минут, несмотря на раненую ногу Клыка, отряд двигался спокойно и без особых трудностей. За это время скользкие камни под ногами сменились маленькими подземными ручьями, белая, ничем не примечательная паутина, приобрела странный красноватый окрас, а стены пещеры постоянно расширялись, делая оборонительный строй Фериона всё более уязвимым.
– Красная паутина… это ещё что такое? – после долгого молчания, послышался голос Фенрира.
– Думаю, мы имеем дело с новым видом пауков, – задумчиво говорил Тавий. – Возможно, здесь они охотятся на летучих мышей.
– Хотелось бы в это верить, – недовольно закончил Фенрир.
– Не волнуйся, пока у нас есть огонь, они не рискнут подойти, – приободрил Тавий. – Их глаза боятся яркого света.
– Нам надо разворачиваться, – внезапно проговорил Ферион, повернувшись к охотникам.
– Что? – воскликнул Клык. – Почему?
– Здесь начинается их логово, – однозначно ответил глава. – Даже если Тавий прав, это всё равно не даёт нам гарантий.
– Если мы зайдём глубоко на их территорию или случайно приблизимся к их потомству, то я почти гарантирую, они нападут, – вмешался Севастьян.
– Откуда такие гарантии? Можешь ты просто боишься, а!? – повернувшись к Севастьяну, окончательно вышел из себя Клык. – Да что с вами чёрт подери!? Меня вы так же бросите?
– Остынь, Севастьян прав, – смирился Тавий. – Это основы поведения территориальных животных, ты это и сам должен знать.
– Мы проделали такой путь… чтобы вот так, просто, отступить!? Да пошли вы!
– Закрой свой рот, – схватив за одежду и прижав Клыка к стене, «прорычал» Ферион. – Думаешь, мне легко принимать такие решения? Посмотри вокруг, это логово неизвестного вида пауков, ты думаешь, кто-то смог бы тут в одиночку выжить?! Да!?
– А если пауков тут уже нет? – силой убрав руку Фериона, проговорил Клык. – Откуда тут, по-твоему, взялась Саламандра!? Думаешь, в логове пауков она бы долго прожила?
– Это лишь твои догадки… – успокоился глава. – На кону жизнь пяти охотников, больше нельзя рисковать живыми, чтобы спасти тех, кто, скорее всего, уже мёртв. Мы и так должны были вернуться до ночи. Теперь даже наши жизни под большим риском.
– Клык, мы все разделяем твои чувства, но в такие моменты Ферион должен решать, как действовать, – понимающе добавил Фенрир. – Возможно он прав, возможно нет, но решение нужно принять сейчас.
– Ладно, извини Ферион, пойдём обратно… – припустив взгляд, опустошенно проговорил Клык.
Отряд уже начал уходить, как вдруг, в гробовой тишине тёмных пещер раздалось эхо человеческого голоса. Несмотря на то, что звук был слабый и отдалённый, едва Ферион и Клык прекратили свои споры, как все охотники его тут же расслышали.
– Мне одному это послышалось? – первым произнёс Фенрир.
– Нет… – задумчиво проговорил Ферион. – Там точно кто-то есть.
– Я же говорил! – воодушевленно прокричал Клык, словно заново родился.
– Зажечь каждому факел и построиться в оборонительное построение, как будете готовы, мы выдвигаемся вперёд, – едва сдерживая радость, проговорил Ферион.
