Лена поставила перед Настей тарелку со щавелевым борщом и положила в него большую ложку сметаны. Настя редко готовила супы, но с удовольствием ела их вне дома. В детстве она их терпеть не могла, считала бесполезной едой, которой не наедаешься. Зато сейчас старается есть их при любой возможности. То же самое с грибами, оливками, сыром с плесенью. Раньше она не могла их есть, а сейчас – любимые деликатесы. Грибы, жаренные с чесноком и сметаной, оливки с лимонной начинкой. Сыр с благородной голубой плесенью или камамбер в белой плесени, и обязательно с медом, виноградом и орехами.
Но это не сделало ее гурманом, Настя очень любила и домашнюю кухню: драники, которые готовил папа, и сырники, которые делала мама. Они всегда получались безупречно, с хрустящей корочкой. Жирная сметана идеально дополняла их.
После съеденного в полном молчании борща Лена поставила на стол ароматный яблочный пирог. Она отрезала два больших куска и положила на ажурные тарелки. От него приятно пахло корицей и ванилью. Настя откусила кусок и закрыла глаза от удовольствия.
– Ну что, теперь рассказывай! Что там произошло в «Стреле»? – деловито спросила Лена.
Настя прожевала пирог, запила чаем и начала сбивчиво объяснять. Она рассказала все по порядку, начиная с первого визита в «Стрелу» и знакомства с Раисой Георгиевной, обморока в камере и заканчивая последним визитом к призраку с его историей про то, как он умер.
Настя рассказывала и постоянно смотрела на Лену, наблюдая за реакцией. Она боялась, что та не поверит или назовет ее рассказ бредом. Но вместо этого Ленино лицо казалось непривычно серьезным, а под конец рассказа помрачнело. Она встала из-за стола и схватилась за пачку сигарет.
– Пошли покурим, – голос Лены словно надломился, а глаза покраснели, готовые вот-вот пустить слезы.
– Но я не курю, – тихо ответила Настя, чувствуя вину за то, что вывалила такую информацию на Лену.
– А я курю, и мне нужно привести мысли в порядок, – съязвила Лена и жестом велела Насте идти за ней.
Они вышли на улицу. На улице покрапывал мелкий дождь. По крыльцу ходили туда-сюда голуби, периодически взлетая к окну, где за стеклом сидел кот и беззвучно мяукал. Лена щелкнула зубами капсулу в сигарете, подожгла кончик и затянулась дымом. От густого облака запахло табаком и вишней.
– Думаешь, что я сумасшедшая, да? – Настя фыркнула, отмахнулась от дыма и отошла на шаг назад.
– К сожалению, нет. Было бы проще считать это бредом. – Лена затянулась еще раз. – Год назад я тоже ездила в «Стрелу», заменяя агента, и мне пришлось спуститься в подвал и холодильную камеру. Пока я осматривала товар, из-за стеллажа появился он – призрак. Я кричала так, что, наверное, весь дом слышал. Потом убежала оттуда и больше никогда не возвращалась. Борюсику я сказала, что сильно поссорилась с заведующей, чтобы больше меня туда не отправлял.
– Так вот кто это был! Паша рассказывал, что однажды кто‐то увидел его, кроме меня, и с криками убежал. Это была ты. Но я не понимаю, почему его видим только мы? Это какое‐то проклятие «ОРА»?
Лена закашлялась и чуть не выронила сигарету. Придя в себя, продолжила:
– «ОРА» здесь ни при чем. После того случая меня как переклинило. Я начала изучать всю доступную информацию о духах и потусторонних силах. Но идти опять на встречу к призраку я не собиралась. Тогда же я изучила много всего и про людей, которые могут видеть сверхъестественное и почему.
– И почему же?
Лена выбросила окурок в открытую консервную банку из-под сгущенного молока, Настя вздрогнула и вспомнила «лягушонка Му».
– Может, еще чая? – как ни в чем не бывало спросила Лена. Как будто бы они только что обсуждали виды цветов, а вовсе не призраков.
– Да, если можно.
Настя снова села на липкий дерматиновый диван на кухне. Лена нажала на кнопку, и вода в чайнике начала светиться голубоватым цветом. Пока чаинки кружились в прозрачной кружке, подгоняемые чайной ложкой, Лена положила еще пирога и спросила:
– Ты когда‐нибудь была на волоске от смерти?
Настя чуть не подавилась пирогом. С трудом проглотила кусок и попросила стакан воды, пока чай остынет.
– Да, было однажды, год назад, – выдавила из себя Настя, восстановив дыхание.
– Как это произошло? – Лена сидела напротив и неотрывно смотрела ей в глаза.
– Это очень долгая история. – Настя отвернулась, не выдержав взгляд, и зажмурилась от внезапно кольнувшей сердце боли.
– Настя, я же вижу по глазам, что тебе тяжело с этим жить. Поделись со мной, пожалуйста. Выговорись, и станет легче, – мягко сказала Лена и взяла ее за руку.
Настя поразилась неожиданно мудрым словам вечно веселой и легкомысленной коллеги. В сознании непрошено всплыла каждая деталь того самого ужасного дня год назад, который разделил ее жизнь на до и после.
