За первые дни войны бомбами разрушили бо́льшую часть города. А что не попало под обстрел – сгорело от пожаров. Весь город превратился в руины! Оказались уничтожены канализация, водоснабжение и электричество.
– Да, Паша рассказывал, как у них в подвале пропали вода и электричество в первые же дни, – дрожащим голосом сказала Настя, сдерживая слезы от осознания того, что все эти ужасы происходили на самом деле. Не в черно-белом кино и не на страницах книг – а в жизни, на тех самых улицах, по которым она ходит каждый день. После всего, что произошло, не удивительно, что город населен духами. Такое огромное количество трагических смертей не могли не оставить свой след.
– Из-за устроенной разрухи городу грозила настоящая эпидемия. Даже немцы, вошедшие в город, сильно возмутились действиями своей же авиации, которая разрушила буквально все. Им пришлось сильно потрудиться, чтобы хоть как‐то наладить жизнедеятельность города. Им же надо было как‐то кормить и обслуживать армию. В городе находились выжившие люди, которым предстояло все это пережить. И если Анна Николаевна действительно жива, мне страшно представить, через что прошла эта бедная девочка. – Екатерина Ивановна с тоской смотрела в окно, прикрытое вертикальными жалюзи, и потирала правой рукой винтажную золотую сережку в ухе.
Настя в ужасе представляла себя на месте тех людей, которые остались в городе: израненные, одни в пустом городе, без еды и воды, электричества, пережившие смерть близких и целого города. А впереди лишь беспросветная тьма оккупации. Преподавательница заметила Настино смятение и постаралась перевести тему.
– А тебе не кажется, что это твоя судьба – оказаться в той камере? Не просто так ведь твои предшественницы долго не задерживались в компании. Все в этом мире не просто так. Ты оказалась именно в том месте именно в то время, когда должна была. Сейчас пока непонятно, для чего это случилось. Но я тебе гарантирую: совсем скоро ты поймешь, насколько логично все произошло.
– Пока что мне вообще непонятно, что у судьбы на уме и какие на меня планы, – с тоской сказала Настя, скользнув взглядом по своей татуировке в виде летящей кометы.
– Однако ты ведь выжила благодаря случайности? – философски заметила преподавательница.
– Да, но я бы предпочла, чтобы родители выжили тоже. – Она впилась ногтями в мякоть ладоней, чтобы отвлечься от боли в груди.
– Это ужасная трагедия. Я тебе очень сильно сочувствую, бедная девочка. – Екатерина Ивановна неожиданно подошла и обняла, обхватив теплыми руками Настю за плечи и прижав к себе. От нее успокаивающе пахло лавандой и клубникой. Внутри стало неожиданно тепло и спокойно.
Екатерина Ивановна вернулась за стул, придвинула поближе ноутбук и начала быстро что‐то печатать. Через пару минут она повернула экран к Насте.
– Так, родителей и вправду уже нет в живых, они умерли в том же году. – Ее янтарные глаза быстро бегали по экрану и искали нужную информацию. – А вот девочки в списках погибших нет. То ли она сменила фамилию, то ли, когда ей выдавали новый паспорт, напутали с данными. Но факт в том, что под такой фамилией ты ее не найдешь. Панфиловой Анны Николаевны тридцать четвертого года рождения официально не существует.
– А… А как мне ее искать? – растерянно спросила Настя.
– Не скажу, что это будет просто, но найти ее все же можно. Дальше интернет бессилен, придется топать в архив, который находится в Национальной библиотеке, и делать там запрос. – Екатерина Ивановна кивнула в сторону Уручья, где за блочными многоэтажками виднелась верхушка огромного стеклянного здания в форме алмаза.
– Спасибо вам большое! Я не знаю, как вас и благодарить за помощь. – Настя накинула на плечо рюкзак и пошла в сторону выхода.
– Да ну, я ведь ничего не сделала. Рассказала тебе пару страшилок на ночь и поискала в интернете старушку, – скромно ответила преподавательница.
– Нет, правда. Вы подтвердили рассказ Паши историческими фактами: теперь я точно знаю, что все это правда. Поэтому спасибо вам. – Настя чувствовала, как внутри начинает пробиваться лучик света и надежды на то, что сможет помочь Паше.
Она собиралась уже уходить, но вдруг снова повернулась к Екатерине Ивановне и робко спросила:
– Недавно я видела еще кое-что странное: призрак старомодного мужчины и рыжего кота на пешеходном переходе в центре города. Вы знаете что‐нибудь о них?
– Где, говоришь, ты их видела? – Екатерина Ивановна внимательно посмотрела Насте прямо в глаза.
– На пересечении улиц Революционной и Ленина, – спокойно ответила она.
