— Всё очень странно, знаете ли! На прошлой неделе, кажется в пятницу, я проснулся ночью от странного запаха. Жена спала, но я уже не смог уснуть. У меня начала болеть голова, решил, может, давление поднялось. Пошёл измерить, но когда я встал, то увидел в коридоре тёмную фигуру! — Игнат Иванович широко раскрыл глаза, и лицо его приняло испуганный вид.
Саблин, услышав описание событий, в точности повторяющее случаи в расследовании, перестал записывать. Похоже, Сомов действительно столкнулся с загадочным вором колец.
— Продолжайте, — попросил майор.
— От волнения я закричал! Проснулась жена, а затем я услышал, как хлопнула входная дверь. Вор сбежал!
— Почему вор? Он что-то украл? — спросил следователь, уже не сомневаясь, что Сомов расскажет о пропавшем перстне.
— Да! Я всегда ношу кольцо, его мне подарил отец перед смертью много лет назад. На ночь я его снимаю и кладу на тумбочку у кровати, но его не оказалось там той ночью. Думаю, этот вор его украл!
— Понятно, — Саблин закрыл блокнот. — Вы правильно сделали, Игнат Иванович, что обратились к нам. А теперь ответьте на несколько вопросов.
— Да-да, конечно, — Сомов вновь поёрзал на стуле.
— Вы масон?
Игнат Иванович смутился заданным вопросом. Он даже покраснел, а затем побледнел, словно его спросили о чём-то постыдном.
— Я?
— Да-да, вы. Не волнуйтесь. В этом нет ничего противозаконного, — пояснил Саблин, наблюдая реакцию Сомова. — Всё вами сказанное останется между нами. Так что?
— Да, вы правы. Но это вышло как-то спонтанно, понимаете… Я не то чтобы… — начал оправдываться мужчина.
Саблин поднял руку, давая понять, что объяснения ни к чему.
— Вы посещаете ЦДЛ?
— Ресторан? Да. Там… м-м-м… проходят встречи общества.
— Я в курсе. Вам знакомы фамилии Твердовский, Гуль и Дорофеев?
— Да, — удивлённо произнёс Игнат Иванович, — они члены нашей ложи. Как вы узнали?
Саблин почувствовал эйфорию. Он собирался звонить Твердовскому, чтобы выяснить фамилии других членов ложи, так как было очевидно: вор будет охотиться за оставшимися двумя перстнями, но один из масонов пришёл сам. Какая удача!
— Вас в ложе пять человек. Три фамилии я вам назвал. Кто пятый?
— Ираклий.
— А полное имя можете назвать?
— Ираклий Циклаури, он оперный певец. Выступает часто в консерватории на Большой Никитской улице, оттуда ему близко до ЦДЛ.
Саблин записал информацию.
— Вы член Союза писателей?
— Да, верно. У меня много публикаций в области кардиологии.
— Вашим перстнем не интересовался никто в последнее время?
— Вроде нет.
— Перстень был с камнем?
— Верно. В оправу вставлен большой малахит.
— Кому из известных людей раньше принадлежал перстень?
— Откуда вы знаете, что он принадлежал кому-то? — вновь удивился Сомов.
— Так, кому? — не отвечая на вопрос, спросил майор.
Сомов помедлил пару секунд.
— Дело в том, что, как рассказывал отец, кольцо много лет находилось в нашем роду. По мужской линии у нас все врачи. И этот перстень якобы помогал лечить людей не только наукой, но и благодаря силе самого перстня.
— То есть камня, — уточнил Саблин.
— Да. Малахит — очень целебный минерал. Если уловить его ауру и потоки, то их можно направить в правильное русло и лечить людей с помощью энергетики.
— Это всё понятно, но меня интересует владелец.
— Говорят, перстень раньше принадлежал Распутину.
Дина вела машину, мастерски лавируя в потоке автомобилей на улицах. Шум сирены распугивал транспорт, давая дорогу полиции.
— Ты уверен, что Циклаури сейчас в консерватории? — спросил Саблин, сидевший на переднем пассажирском сидении.
— Да, я проверил, у него сегодня концерт в шесть часов вечера, — отозвался Синицын сзади.
Следователь посмотрел на часы.
— Успеем.
— Значит, получается, Сорока охотился за перстнями членов масонской ложи? — уточнила Дина.
— Да, похоже, так. Официант в ЦДЛ рассказал неизвестному про масонов и их перстни. Думаю, тогда-то он и решил их все украсть.
— Но зачем ему все эти… — Дина задумалась, считая в уме происшествия с кольцами.
— Восемь, — уточнил Саблин. — Вместе с Циклаури получается восемь.
— Да, зачем ему восемь перстней?
— Это пока не известно. Возможно, по той же причине, что их ценили владельцы. Многие уверены, что их кольца, а точнее камни, вставленные в оправу, обладают мистическими силами.
— Бред какой-то, — буркнула Дина.
— Ну бред или нет, нам неважно. Нас интересует преступник.
— Я запросил записи с камер наблюдения из ЦДЛ, — вклинился в разговор Синицын, — вдруг что-то есть.
— Молодец. Это правильно. Фото преступника нам необходимо, хотя, не зная имени, найти его будет сложно.
Машина свернула с Садового кольца на Большую Никитскую и, игнорируя светофоры, понеслась в сторону центра.
— Не знаю, как вам, но мне интересно, что за кольцо у этого певца. Кому оно принадлежало?
— Думаю, какому-то артисту в прошлом, — отозвался Саблин.
— Почему артисту?
