Рон шагнул вперёд. А дальше — заорали все, а не только девочки: из шкафа выскочил огромный паук и, щёлкая жвалами, стал медленно надвигаться на Рона, который отступал назад и трясся словно в лихорадке. Учитель нахмурился и уже хотел защитить мальчишку, но тот всё-таки смог собраться. «Риддикулус!» — паук замер, а потом его ноги вдруг отвалились, и туловище запрыгало по полу, как мохнатый мяч. Класс грохнул смехом.
— Молодец, Рональд! — одобрительно кивнул профессор. — Теперь…
Но он не успел никого назвать. Волосатый шар покатился к Лонгботтому. Тут же остановившись, он вдруг начал расти ввысь и вскоре превратился в худую фигуру в плаще с капюшоном. Тонкая жемчужно-белая рука стала плавно подниматься, чтобы открыть лицо. Все замерли. Гарри глянул на Люпина, ожидая, что тот ринется спасать Мальчика-который-выжил, но ему показалось, что учитель растерялся. Дурсли также понял, что Лонгботтом сам не в состоянии защититься и вот-вот рухнет в обморок. Тогда он решительно сжал губы и сам кинулся между Невиллом и боггартом.
Миг — и фигура в плаще стала ещё выше и бесформеннее, она воспарила над полом, распространяя волны холода и страха. Гарри чувствовал, что его лицо заливает пот и слышал, как всхлипывают рядом другие ученики. «Экспекто Патронум!» — собрав все силы, заорал он. Огромный серебристый олень стремительно вырвался из палочки и отшвырнул дементора-боггарта прочь. Сгусток тьмы со свистом влетел в шкаф. Шкаф затрясся, и от толчка дверь захлопнулась. Перепуганные гриффиндорцы постепенно приходили в себя. Гарри без сил сидел на полу и ловил ртом воздух. А профессор Люпин и Мальчик-который-выжил, одинаково тяжело дыша, очень пристально на него смотрели.
========== Поиски выхода ==========
Наконец, когда юные волшебники вновь обрели способность двигаться и разговаривать, они всей толпой ринулись к Дурсли и окружили его.
— Что это было, Гарри? Это твой олень? Откуда он взялся? А кем это стал твой боггарт? — наперебой кричали все. Все — кроме Люпина, Лонгботтома и мертвенно бледного Уизли. Гарри всё так же молчал. До него дошло, что он своим поступком загнал себя в безвыходное положение. О Мерлин, ну, откуда в нём это идиотское стремление спасать всех и вся?! Да, он не мог поступить иначе, но теперь ему некуда деться от вопросов, на которые нельзя, невозможно правдиво ответить. Ему просто необходимо время, чтобы придумать хоть мало-мальски правдоподобные отмазки. И много отмазок… По-прежнему бледный Дурсли медленно закрыл глаза и повалился на бок.
Профессор обвёл взглядом присмиревших гриффиндорцев и объявил, что урок окончен. Сам же осторожно поднял Гарри на руки и понёс в больничное крыло. Невилл и Рон переглянулись и побежали за ним.
Мадам Помфри, школьная целительница, как только устроила бессознательного мальчика на койке в палате, сразу осмотрела его и возвела осуждающий взор на преподавателя.
— Профессор Люпин, я никак не могла ожидать, что именно после вашего урока…
— Да, мэм, — учитель прятал взгляд как провинившийся ученик, — я не сумел правильно организовать…
— Ладно, сначала надо помочь мальчику, а потом будете оправдываться. Ступайте.
Профессор шагнул назад и едва не налетел на учеников за спиной. Целительница тут же «набросилась» и на них:
— А вам что тут нужно? Знаете, что стало с любопытной кошкой? …Быстро идите на урок!
— Мадам Помфри, — пролепетал Невилл, — Ду… Гарри защитил меня. Это из-за меня он…
— …Ах, какие мы тут благородные собрались! — прервав его, всплеснула руками целительница. — Да мне не интересно, отчего да почему. Мне работать нужно, так что, ступайте-ка отсюда все. Как только ваш товарищ будет в порядке, придёте его навестить, вот тогда и будете разбираться, кто виноват, да что делать.
Лонгботтом понурился и пошёл к выходу в сопровождении Уизли, который так и не вымолвил ни словечка. Люпин быстро и настороженно бросил взгляд на мадам Помфри. Та, словно поняла причину его беспокойства, поджала губы, но кивнула. Учитель выдохнул и также направился к двери. Гарри, старательно не открывая глаз, тоже тихонько вздохнул с облегчением, но, ощутив заботливые прикосновения мягких рук мадам Помфри, позволил себе слегка пошевелиться и застонать.
***
— …Ты не представляешь, что я чувствовал!
Русоволосый волшебник в залатанной мантии расхаживал в волнении по роскошно обставленной гостиной. Эта комната, как и весь дом, производила двоякое впечатление. С одной стороны, ощущалось желание хозяев сделать всё как можно удобнее и показать… даже не столько высокий статус, сколько именно богатство. А с другой — явно чувствовалось, что все эти притязания остались в прошлом. Мягкие кресла и диваны расставлены как попало, с некоторых даже чехлы не сняты. Пушистые ковры полны пыли, как и тяжёлые парчовые занавеси, в которых к тому же… кто-то копошился. Бронзовая отделка мебели и канделябры позеленели и давно нуждались в чистке. Картины в широких золочёных рамах на стенах были закопчены так, что трудно было даже понять, что там изображено: портрет или пейзаж.
