— Ну-ка, что это ещё за?.. — дядя взял лист и стал читать вслух: — «Своею подписью я удостоверяю…» Ишь ты, «удостоверяю»! — мистер Дурсли довольно улыбнулся, он очень любил канцелярские обороты. — «…что студенту третьего курса Школы Чародейства и Колдовства Хогвартс…» — а вот тут он нахмурился и опять пошевелил усами. Гарри замер, боясь даже вздохнуть. — «…Гарри Дурсли…»
Тут юный волшебник едва не заорал в голос: «ЧТО-О-О?!» но, хотя ему чудовищным усилием воли (натренированной прежними Дурсли) и удалось смолчать, он всё-таки содрогнулся, и дядя Вернон это заметил.
— Чего трясёшься? Всё ещё не привыкнешь? Чем тебя наша фамилия не устраивает? Интересно, как надо было тебя регистрировать, если тебя подбросили нам на порог без единого документа, а? Гарри Джон Доу*? Мне самому не больно-то хотелось записывать тебя на мою во всех смыслах достойную фамилию, но Петуния уговорила. Она даже хотела, чтобы тебе вторым именем записали «Вернон», но тут уж я упёрся.
…При мысли, что он мог бы быть не просто Гарри Дурсли, хотя и этого хватит, чтобы гореть в Школе от стыда каждый раз, когда его будут так называть, но Гарри ВЕРНОН ДУРСЛИ, мальчик почувствовал, что его лоб-без-шрама залил холодный пот. «Я теперь настолько «просто Гарри», что даже не Поттер… Как бы мне вернуть всё обратно, а?! Обязательно спрошу у Гермионы!» — беспомощно думал он. Дядя Вернон тем временем стал читать дальше: «…Гарри Дурсли разрешено посещать по определённым дням близлежащую деревню Хог…-смид».
— И что? — дядя принялся сверлить его подозрительным взглядом.
— И всё, — вздохнул Гарри не-Поттер. — Просто подпишите. Пожалуйста.
— В чём подвох?
— Никакого подвоха. Просто я вместе с другими ребятами буду ходить прогуляться за территорию школы.
— И что вы там будете делать?
— Не знаю. Я же там никогда ещё не был. Наверное, просто гулять.
Мистер Дурсли задумчиво разглядывал лист в руке.
— Ладно, — вымолвил он после очень долгого молчания, — только ты должен пообещать…
Гарри чуть сознание не потерял от изумления: «Ладно? Он сказал «ладно»?! Вот просто так подпишет?! О Мерлин, да я почти люблю этих Дурсли!!! Хотя, я ж теперь тоже… Дурсли, такой же, как они…»
— Да, дядя Вернон.
— …Пообещать вести себя прилично и не позорить мою фамилию. Достаточно и того, что её носит к… ко…
— …Да, дядя, я понял. Я очень сожалею об этом, — очень искренне сказал мальчик.
— Ну-ну… — мужчина опять неодобрительно пошевелил усами… и поставил на бланке свою очень официальную, под стать министру какому-нибудь, подпись. — Так, теперь вот что.
Гарри протянул руку за листом, но дядя не отдавал его.
— Завтра приезжает моя сестра Марджори. Я очень не хочу, чтобы она опять сердилась и расстраивалась из-за тебя. Поэтому ты должен как можно меньше попадаться ей на глаза. Я кое-что сделал для тебя, — помахал он подписанным бланком, — поэтому уж расстарайся, парень. В идеале, вообще не выходи из комнаты всю неделю, пока она будет здесь гостить.
Мальчик неистово кивал, он и сам не хотел видеться с тёткой, прекрасно помня, что произошло… в тот раз.
— М-может, вы меня запрёте?
Гарри сам не ожидал, что скажет это. Решительно, его жизнь перевернулась с ног на голову: он сам просит Дурсли посадить его под замок! Дядя Вернон, похоже было, тоже так подумал:
— Запереть тебя? Хм… Мысль хорошая. Но ты сделаешь вот что. Там, в коридоре, висит ключ от твоей комнаты. Закрывайся сам. Быстренько сбегал… куда тебе надо — и снова закрылся. Понял?
— Да, дядя.
Гарри получил подписанное разрешение и вихрем унёсся в свою комнату, прихватив из коридора ключ.
Таким образом, визит «тётушки Мардж» прошёл для Гарри почти безболезненно. Конечно, встречать её пришлось всем Дурсли полным составом и, как только её туша явилась на пороге, тётя Петуния больно ткнула племянника в спину, чтобы он забрал чемоданы гостьи и отнёс их наверх. Гарри так и сделал, хотя багаж весил, наверное, целую тонну. После этого он нырнул в свою комнату, закрылся и перевёл дух. Всю неделю ему приходилось вставать рано-рано, чтобы, осторожно озираясь, скользнуть в туалет, потом в ванную комнату, потом быстренько (опять же, прислушиваясь, не затопает ли кто наверху) метнуться на кухню, позавтракать — и успеть спрятаться до того, как проснётся гостья. Ну, а поздно ночью, точно так же крадучись, он выбирался поужинать. Конечно, Дадли, который был тётиным любимцем, перепадали от неё и подарки, и карманные деньги, но для Гарри самым лучшим и драгоценным подарком стало то, что она не вспомнила про его существование до самого отъезда.
Наконец, Мардж отбыла восвояси, а из уважения к ней (хотя, может, от радости, что она не загостилась), чемоданы тащил вниз сам Вернон, вместе с сыном, который явно рассчитывал получить с тётки на прощание ещё пару фунтов. Так что, Гарри высунул нос из комнаты только когда дверь за гостьей захлопнулась.
