— Гони! — я первый подбежал к машине, прыгнув на пассажирское сиденье, а Бучер тут же завел двигатель, вдавив педаль газа в пол. Темные силуэты деревьев, выхватываемые светом фар, мелькали в окнах, быстро сменяясь пустым, гулким асфальтом. С каждой секундой дорога уносила нас дальше от лагеря. Фары выхватывали полосы разметки и редкие дорожные знаки.
Никого не было, но царапающее загривок чувство, что за нами наблюдают исчезло только через пару десятков километров.
— Да, сука!!! — сорвав маску, воскликнул Бучер, оглядываясь в мою сторону. — Первый, блять, раз что-то прошло практически по плану!
— Мы еще не в безопасности, — заметил я. — Но да, за исключением целой кучи боевиков — все пошло по плану.
— Ой, завали, — отозвался явно радостный мужчина. — Пессимист хуев. Мы взяли не только Ви, но и еще один компромат на гребаного Твердыню. И я даже знаю, как его можно использовать — пусть вся страна, блять, посмотрит — как на самом деле появился на свет этот мудак!
— Надеюсь, ты хоть не хочешь это публиковать сразу? — спросил я у него. В отличие от Бучера, я вот был вовсе не уверен, однозначно ли воспримет общество эту информацию, даже если не принимать во внимание этичность вопроса. Воут — да, соберет лавину ненависти, а вот сам супер… не знаю. Но вот и ответ на мою мысль, почему Хьюи не отдал тому инфу по приюту.
— Нет конечно, — ухмыльнулся Бучер. — Эту инфу я приберегу для особого случая… Но чует моя жопа, этот случай подвернется очень и очень скоро.
Хоумлендер пристально провожал взглядом удаляющуюся машину, где два мужчины быстро уносили свои жизни подальше от лаборатории. Ни расстояние, ни ночь не мешали его зорким глазам видеть каждый их жест, каждую мелочь. Но наблюдать за ними дальше не имело смысла — он знал, куда они направлялись. Настоящий интерес вызывал лагерь, откуда они выехали.
Здесь, среди тёмных зданий и пустынных площадок в его памяти всплывали размытые, отрывистые картины, похожие на давние, забытые кошмары. Вспышки воспоминаний возвращали его в другое время, когда он, ещё ребёнком, впитывал едкий запах антисептика и холодный, стерильный свет лабораторий.
Он отчётливо чувствовал в груди холодную смесь гнева и непонимания — неугасающий отклик на забытые моменты. И даже почти не жалел, что отпустил двух таких жалких в попытках противостоять ему человечков невредимыми.
Решение проследить за Бучером дало плоды… но совсем не такие, как он ожидал. И он должен был во всем разобраться, хотя подавленные воспоминания, затертые лучшими психологами мира все-таки начали потихоньку возвращаться.
«B6» — мягко разошлись в стороны двери лифта, словно приветствуя последнего, но самого важного на сегодня гостя. Хоумлендер, стоящий на пороге в своём безупречном сине-красном костюме был, казалось, доброжелателен и на его лице сверкала идеально отрепетированная улыбка.
Ученые замерли, взгляды застыли смесью страха и удивления. Но больше всего страха. Они просто не знали, что ожидать от неуязвимого супергероя, который внезапно появился на их пороге. Все, кроме некоторых стоящих в зале лаборатории.
— Джон… — с трудом произнесла Барбара, её голос пытался выглядеть обыденно, но не смог бы обмантуть никого.
— Просто… Хоумлендер, — мягко ответил он, перед тем, как двери лифта закрылись за его спиной.
Сколько нужно психиатров, чтобы поменять лампочку? Один, но лампочка должна хотеть поменяться. © Конь БоДжек
Сыворотка «Ви 24» продержалась явно меньше по времени, чем гласило название. Так и знал, что ни названиям, ни рекламным слоганам верить нельзя. Не знаю уж, сами Воут напиздели о свойствах, или просто на меня зеленая бурда воздействовала иначе, но в этот раз я был очень благодарен такой ошибке. Отпускать меня стало когда мы приближались к Нью-Йорку. Слабость, дикий голод, и постепенно уменьшающиеся наросты и мышечная масса — были явными признаками ослабления действия препарата.
Под смешки Бучера, я долго ощупывал явно уменьшившийся шипы, а когда пришел домой и полностью опустошил холодильник — они уже полностью втянулись обратно, лицо немного разгладилось и я вовсе перестал напоминать помесь красного черепа и дикобраза. Теперь просто привычный шрамированный уродец. Уже получше фэйса стереотипного суперзлодея.
Работа, душ, сон, кофе, душ и снова на работу — вот девиз любого трудоголика. Я к таким себя конечно не относил, но вставать на работу всё-таки пришлось. И то, чуть не опоздал. Пробуждение было так себе, откровенно говоря. Будто пил всю ночь, а не спал. От сонливости кофе и душ особо не помогли. Впрочем, могло быть и хуже.
Об ограблении лаборатории, естественно, не было ни слуху ни духу. Видимо Воут предпочли замять случай, впрочем, секретная лаборатория на то и секрет. Наверняка носом землю будут рыть, но тихо. Возможно даже смогут выйти на наш след по косвенным уликам, все-таки наследили мы там знатно. Да и я не очень верил что подозрений в отношении нашей компашки у него не возникнет, однако действовать своими способами Эдгар все равно особо не сможет.
