Серый неприметный фургон с тонированными стеклами несся по ночному городу, обгоняя редкие автомобили. Мясник, который сидел за рулем, формулировал в голове аргументы, которыми он попробует убедить Грейс в необходимости проведенной операции. Впрочем, даже если сделать это не получится — плевать. Победителей не судят. А то, что хотя и со скрипом, их можно назвать победителями — это абсолютно точно. Все остальное — сопутствующий ущерб, на который можно и закрыть глаза, наверное…
— Мясник, ты уверен, что его не нужно в à l’hôpital? — кивнул головой на тяжело дышащего парня, который уже несколько минут не приходил в себя. Из заклеенной дырки от пули толчками выливалась темная, почти черная кровь. Особо не помогло даже тампонирование и пластыри.
— Ну, он попросил отвезти его домой, так что… Да и потом, он себе сердце и руки блять новые отрастил, что ему какая-то пуля? — ответил Бучер, вынырнув из своих мыслей
— Ну в целом ты прав, — задумался Серж о странных способностях своего нового приятеля и как-то пропустил момент, когда тот окончательно затих и больше не подавал признаков жизни. Кровь также остановилась, но «пациент» выглядел скорее мертвым, чем выздоравливающим. Француз на всякий случай проверил пульс… Которого не было. Затем, невуверенно произнес. — Мясник, он кажется того, умер…
— Чего блять? — изумился Бучер. — От какой-то пули? Ты уверен?
— У него пульса нет, и он не дышит, конечно я уверен! — разозлилися Француз, ощупывая быстро древеневшее тело.
— … — провела пальцем по горлу Кимико.
— Вот именно!
— Ебутся мишки… Ошибочка вышла. Кажись, нужно было его все же в больницу везти, — усмехнулся Мясник, не испытывая уверенности в смерти сокомандника. Все-же, он проделывал похожий фокус. А пуля в печень — это и вовсе игрушки, по сравнению с зияющей дырой на месте сердца в прошлый раз.
— А я о чем! — а вот Француз был более серьезным, близко к сердцу восприняв то, что товарищ по команде вдруг отдал коньки от какой-то пули.
— Да подожди, может быть ещё оживет, — предложил Бучер. Хотя сомнения закрались и у него.
— А если нет?
— А если нет, то медаль вручим посмертно, я похлопочу, — произнес тот, то ли шутя, то ли реально так считая.
— Он же один из нас, как ты можешь так говорит? — возмутился Француз. — А если это был бы я, или Хьюи?
— Каком кверху, блять! Он знал, на что шел, как и все вы! — рявкнул Мясник. — Так что хули слезы распускать, тем более, что он может и не сдох вовсе.
— … — начала что-то объяснять азиатка.
— То есть, тебе наплевать на наши жизни? — накипело у мужчины. — Умер и все, с концами⁈ Да подожди, Кимико…
— Да, я такая мразь, которой плевать на всех и вся, это ты хотел услышать? — развернулся Бучер к нему, краем глаза поглядывая на дорогу. — Зато ты совестливый, каких ещё поискать. Ну просто ангелочик. Сколько ты прикончил? Двадцать, пятьдесят, сто? Каждый может подохнуть, включая меня, и извини если задел тот грёбаный чувство тем, что не проливаю слёзки…
— Вот об этом я и говорю! Тебе наплевать на всех, кроме себя, insensible salaud!
— Как ты меня, блять, назвал⁈
—!!! — не сдержавшись, стукнула по стене фургона Кимико, оставив в железе внушительную вмятину, и, наконец, обратив вниманием на себя.
— Да что ещё⁈ — оба мужчины повернулись к отчаянно жестикулирующей японке.
— … — хмуро показал пальцем на русского, который теперь не изображал из себя труп, а тихо похрапывал. Кровь течь полностью перестала, а от тела слышался мерзкий звук встающих на место костей.
— Il est vivant! — обрадовался Француз.
— А я, блять, о чем! — проворчал Бучер, также остывая. — Слушай, Француз, не знаю, что ты там себе надумал, но мне не похер, ясно?
— Я…
— Дело в том, что способности есть только у Кимико и Алекса, — продолжил объяснять мужчина. — И нам придется рисковать именно ими. Если бы пулю словил я — то вы бы уже везли меня в морг. Так же и с тобой, и с Хьюи, и со всеми кто не ширнулся этой дрянью. Мы можем только попробовать просчитать все и минимизировать риски, чтобы такого не произошло. И твоя подружка это понимает, как и русский, в отличие от тебя.
— … — недовольно, но понимающе кивнула азиатка, глядя на Француза.
— Все равно, это не правильно… — проговорил тот, соглашаясь с аргументами.
— А кто говорит, что правильно, — хмыкнул Бучер. — Но что имеем, то имеем. Давай закинем нашего зомбака домой, и нам еще отчет писать.
— Возьмете Бэтмобиль?
— Нет. Слишком заметно.
— Ну тогда возьмите Ламборджини. Это… менее заметно.
©Тёмный рыцарь
Утро началось с уборки. За ночь, а также пол дня которые я благополучно проспал, после того как обнаружил себя дома, тело восстановилось до нормальных кондиций. Немного побаливала при движениях кисть, спина также ощущалась будто я всю ночь колол дрова, или что-то в этом роде… Однако, сложный перелом сросся нормально, за что я несколько переживал.
