Нет искорки в глазах? Так уже затухла. Волос было больше? Так если ещё какие-нибудь реформы испытают на нас, вообще как бильярдный шар стану. Могу ещё предоставить в дополнение: социальную карту недопенсионера, но там я с бородой, пропуск в публичную библиотеку «Уголёк», карточку добровольного общества «Защитим северных оленей».
Старший сержант, наконец, согласился с доводами Михалыча.
— А теперь, граждане, объявляю, что вы нарушили статью 12 Федерального закона номер 15, за нарушение которой полагается штраф. Поэтому пройдёмте для составления протокола.
— А может, ограничимся прослушиваем наставления и полного признания вины? Как я полагаю, не последняя задача органов полиции не только наказание, но и, как мне видится, профилактика нарушений, — проговорил Юлий Сергеевич, внимательно выслушавший обвинения старшего сержанта и имеющий большой опыт общения с различными начальниками.
— Нет, не получится. Наше «свидание» уже зафиксировала камера наблюдения. Поэтому пройдемте для составления протокола, — ещё тверже сказал полицейский, указывая на двери. Стажёр за спиной старшего сержанта внимательно следил за нашим разговором, готовый к пресечению любых наших неуставных действий.
Под таким конвоем Кубырикова и Попова увели в здание вокзала, где их и встретил третий путешественник — Павел Евгеньевич Веселихин. Он удивлённо всматривался в происходящее.
— Это чего? А это куда?
— Заарестовали нас, Павел Евгеньевич. Вот, ведут под взглядами возмущённых порядочных граждан. К неотвратимому месту составления протокола и положенного наказания, — поникшим голосом проговорил Михал Михалыч.
Павел Евгеньевич вопросительно взглянул на замыкающего процессию старшего сержанта.
— А в чём их нарушение состоит?
— Гражданин! Не мешайте нам следовать. Задержанные нарушили федеральный закон и направляются к месту оформления надлежащих документов, вам же сказали.
— А это куда?
Павла Евгеньевича не так-то просто было сбить официальными словами.
— Кабинета у нас при вокзале нет, — старший сержант смутился такому признанию. — Будем оформлять документы возле касс. Там есть откидной столик.
Процессия прошла мимо охранника, который что-то недавно выносил.
Подойдя к кассе, Михалыч действительно увидел прямоугольный кусок ДСП коричневого цвета, прикрученный уголком к стене.
Павел Евгеньевич с подозрением оглядел место составления официального документа.
— А что, постоянного места на таком большом вокзале сотрудникам вашего департамента не выделили?
— Гражданин. Повторяю, не мешайте проведению следственных действий. Вы кто им? Родственник, знакомый, прохожий?
— Товарищ старший сержант. Это наш юрист и руководитель организованной группы по экскурсионной программе. Мы ему доверяем вести нашу защиту. Если желаете, можно внести это в ваш протокол, — Михал Михалыч сам удивился своей дерзости.
Старший сержант обвёл нас непонимающим взглядом. После паузы он проговорил:
— Так, к делу.
— А что, уже и дело есть? — Павел Евгеньевич на правах юриста этой удивительной компании смело вступал в разговор.
— Это я образно, гражданин юрист. Задержанных попрошу предоставить свои документы.
— Так мы же их уже предъявляли, — произнёс Юлий Сергеевич.
— Это было для определения ваших личностей. А теперь для проверки по ИБС.
— Что, вот так всё серьёзно? Задержаны злостные нарушители! Если вам известно, наказания за административные нарушения в нашей великой стране бывают несколько видов. Мне, например, нравится в данном случае первый — предупреждение. Ну, расслабились отцы от атмосферы радушного пребывания в городе, забыли, что нужно найти отведённое место или отсчитать 15 шагов от здания. Можно было бы их предупредить, вернуть, так сказать, к реалиям нашей действительности, освежить их затухающую память этим замечательным законом и, мило беседуя, проводить к месту — если оно здесь вообще существует — курения.
— Гражданин юрист. Я ещё раз могу повторить, — старший сержант приоткрыл свою чёрную папочку, заглянул в неё, — на основании федерального закона… Но если граждане не согласны с обвинением… В общем, не мешайте проводить следственные действия.
— Я не мешаю. Я пытаюсь прояснить все дополнительные обстоятельства, как вы выразились, дела, как юрист. Задержанные Кубыриков и Попов, как я видел, вели себя вежливо и сразу согласились помогать следствию. Так?
— Так, это верно.
— Вашей просьбе затушить сигареты и предъявить документы тут же на неё откликнулись. Так же?
— Да.
— Предупреждающей таблички возле урны, натыканной окурками, не было?
— Там на двери весит знак.
— Позвольте. Круглый знак, как я понимаю, говорит о том, что в здании вокзала курить нельзя. А таблички я не увидел. Далее: таблички обозначения места для курения в окрестностях вокзала тоже нет.
— Гражданин. Я уже говорил, ведётся видеонаблюдение. Наша встреча и следственные действия произведены. Нарушители дали согласие на сотрудничество. Могу предложить другое нарушение, — вдруг проговорил старший сержант. Чтоб штраф был поменьше.
— Это какое? — с недоверием произнёс Павел Евгеньевич.
