– “Мы не будем счастливы, пока вы будете счастливы”, – хрипел он, рыдая от смеха. – Ох, божечки.
– Замечательно, – сказал Реймер. – Не стесняйся.
– Чего ты. – Джером вытер глаза рукавом. – Согласись, смешно же.
– Смешно? Да я чуть не помер, – невозмутимо ответил Реймер. – Странно, что Кэрис ничего тебе не рассказала еще когда все это случилось.
Казалось, Джером только и дожидался упоминания о сестре, чтобы успокоиться.
– Ты не знаешь о Кэрис вот чего: она предана тебе всей душой.
Дверь мужского туалета открылась, и, потупившись, вышел Герт. Правда, садясь обратно на табурет, он по глупости поднял глаза на Реймера – и тут же юркнул обратно в туалет.
– Джером, – произнес Реймер, – не проходит дня, чтобы твоя сестра не пригрозила подать на меня в суд. Она ведет список всех моих слов и поступков, которые могут дать повод для иска. И если я уволюсь, она от счастья станцует на ступеньках участка.
– Ты даже не представляешь, насколько ты ошибаешься, – возразил Джером с серьезностью, удивительной после такого бурного веселья. – Ты недооцениваешь ее. Держишь ее в участке, тогда как в городе от нее было бы куда больше толку. Она бы заткнула Миллера за пояс.
– Это сомнительная похвала, – сказал Реймер. – В общем, я к тому, что она считает меня дураком.
– Ты и есть дурак, – заявил Джером, к удивлению Реймера. – И я тоже. И дураки все, кого мы знаем, чувак. Ты посмотри вокруг. Кто из нас не дурак – в большинстве случаев?
– Ага, – ответил Реймер, – но быть дураком и выглядеть дураком – не одно и то же. (Из мужского сортира донесся сдавленный смех.) Послушай, Джером, я знаю, что ты дурак. Можешь меня в этом не убеждать. В конце концов, тебя угораздило влюбиться в машину. (На это Джером прищурился, точно Реймер серьезно хватил через край.) Но над тобой же не смеются.
– Потому что я не потерплю неуважения к себе. Я хорошо одеваюсь. Складно говорю. У меня великолепная осанка. Прекрасная квартира. Езжу я на “мустанге”. И всем с первого взгляда ясно, что со мной шутки плохи. Ну и разумеется, у меня пистолет. А он внушает трепет, особенно если у негра.
– Да, но я именно об этом и говорю, – заупрямился Реймер. От второго стакана он опьянел и решил во что бы то ни стало убедить Джерома в своей правоте. – У меня тоже есть пистолет. Я, может, не размахиваю им, как некоторые, но он висит у меня на бедре, у всех на виду. За все те годы, что я коп, я достал его из кобуры один раз, и тот, в кого я прицелился, врезал мне по лицу. Как будто у меня в руках не пистолет, а ватная палочка. Только не говори мне, что такая херня случается с теми, кто действительно создан для полицейской работы.
– Дуг, – произнес Джером, – люди за тебя проголосовали. Окей, может, и посмеялись над тобой чуток, но они проголосовали за тебя.
– Наверное, подумали, что это даст им возможность безнаказанно совершать преступления, – уныло возразил Реймер. – А я никогда ничего не раскрою. Даже если бы я и нашел хоть одну улику против них, и ту потерял бы.
– Тот пульт от гаража – улика только в твоем воображении, а оно у тебя, признаться, довольно-таки извращенное.
Реймер глубоко вздохнул, как будто и сам понимал, что собирается сказать или сделать нечто такое, чего лучше б не делать и не говорить.
– Скажи мне одну вещь. Как думаешь, почему она вообще вышла за меня замуж?
– Понятия не имею, – произнес Джером так, будто уже много об этом размышлял, а потому теперь отвечает не раздумывая.
– Спасибо.
– Чувак. Ты ищешь рациональное объяснение нерациональному поведению. Почему люди влюбляются? Никто не знает. Влюбляются, и всё тут.
Реймер не раз слышал подобное мнение, но правда ли это? Он-то прекрасно знал, почему влюбился в Бекку. Она была красивая, сексуальная и явно ему не ровня. Пожалуй, если задуматься, это последнее качество должно было его отпугнуть. Стоило бы спросить ее, чего такого она в нем углядела, что другие женщины не увидели. Но если вдруг повезло, кто же станет задавать резонные вопросы? Если уж в тебя влюбилась такая, как Бекка, глупо будет в нее не влюбиться, правда?
– Но… ты ведь удивился, разве не так? – спросил Реймер, вспомнив реакцию Джерома, когда тот познакомился с Беккой. – Признайся. Ты подумал: “Ого! И такая женщина собралась замуж за Реймера?”
Джером пожал плечами:
– Да. Так и было.
– Ну спасибо. – Реймер уныло поднялся, зашел за стойку. – Герт! – крикнул он. – Я налью себе еще пива.
В ответ донеслось приглушенное одобрительное ворчание, и Реймер выложил на стойку еще два бакса.
– Ладно, я удивился, – сказал Джером, когда Реймер вернулся, – а остальное тебе показалось. Я вовсе не думал, что она слишком хороша для тебя… это не совсем так.
– Да, не совсем.
– Скорее…
Реймер ждал, что Джером обратит внимание на тот пустяк, который Реймер и сам подметил мысленным взором.
– Скорее, интересы у вас были разные. Ну то есть Бекке нравился спорт, джаз, путешествия, книги, танцы, хорошее вино и…
– Хватит.
– Что?
– Ты перефразировал мой вопрос таким образом, что мне стало еще хуже.
