Клайв-младший наблюдал за ними, в особенности за Рубом, другом Салли. Что ж, вынужден был признать Клайв, народ в его “глуши” действительно нелепый. Взять хотя бы этих мусорщиков, этих Сквирзов, выглядят как жертвы неудачного генетического эксперимента – массивные покатые плечи, ни талии, ни шеи, да и коленей нет, судя по тому, как неловко они ковыляют. Когда один из тех двух Сквирзов, что ехали сзади, вернулся с помойным баком, остановился, снял капюшон и почесал голову, Клайв-младший заметил, что волосы на макушке у него той же длины, что и щетина на подбородке, – и вдруг отчетливо понял, что Д. К. Коллинз, дважды приезжавший в Бат, явно стал свидетелем той же сцены. Клайв-младший старался контролировать то, что увидит Коллинз во время визитов в эти края, знакомил его с самыми образованными и преуспевающими бизнесменами Бата, после чего, пользуясь близостью Шуйлер-Спрингс, поспешно вез ужинать в лучшие тамошние рестораны, как делал всегда, чтобы привлечь клиента. Но раз-другой Коллинзу удалось ускользнуть – например, однажды утром Клайв-младший заехал к нему в отель в Шуйлер-Спрингс и узнал, что Коллинз взял напрокат машину и уехал в Бат. Клайв-младший нашел его – где бы вы думали? – в закусочной “У Хэтти”. И сейчас Клайв-младший представил, как Коллинз вышел из арендованной машины и увидел мусоровоз Сквирзов, – увидел, как тот, покачиваясь, выплыл из-за угла, а за его борта тараканами цеплялись разномастные Сквирзы, заросшие щетиной. Господи боже.
Тот Сквирз, с которым якшался Салли, – пожалуй, самый нелепый из всех, мрачный, как туча обиды и недовольства, – раздраженно подхватил помойный бак, стоявший на пороге аптеки, и поволок к мусоровозу. Руб тащил тяжелый бак за ручки, уперев в бедро, так что днище бака задралось, и когда Руб проходил мимо “линкольна”, до Клайва-младшего донесся скрежет: днищем бака Руб прочертил царапину на его “линкольне”. Руб с таким удивлением уставился на машину, словно она в это самое мгновение волшебным образом материализовалась у него на пути. Еще больше он удивился, осознав, что в машине сидит человек. Водитель мусоровоза, очевидно, заметил случившееся, поскольку, когда Клайв-младший вышел из машины и закрыл дверь, он услышал, что дверью мусоровоза сердито хлопнули, и увидел, как к нему бежит четвертый из Сквирзов, самый низкорослый. У заднего бампера “линкольна” собрались все четыре Сквирза и рассматривали царапину, оставленную Рубом. Стоящие рядом четыре Сквирза до жути напоминали большие пальцы.
– Что ты наделал, – сказал водитель мусоровоза, глядя на свежую царапину – надо признать, более чем внушительную – на краске “линкольна”.
Руб вздохнул:
– Жаль, что я вас не увидел.
– Одна-единственная машина на всей этой чертовой улице, и надо же тебе было на нее налететь, – продолжал водитель. – Господи боже!
Остальные два Сквирза выжидающе смотрели на Клайва-младшего.
– Извините нас, мистер Пиплз, – произнес водитель.
Клайв удивился было, откуда тот его знает, а потом вспомнил, что уже видел этого человека, даже отказал ему в кредите на покупку того самого мусоровоза, на котором он теперь ездил.
– Мы все исправим, честное слово.
Клайв-младший вдруг пожалел, что не дал Сквирзам денег, когда водитель – костюм на нем сидел скверно – приходил просить кредит.
– Хер с ним, – по-свойски ответил Клайв-младший, отважившись выругаться. – В жизни всякое случается.
– И с некоторыми чаще, чем с другими, – подхватил Сквирз, сверля взглядом Руба. – Я очень рад, мистер Пиплз, что вы не сердитесь. Пришлите мне счет за ремонт. И если мы уладим это дело без страховой, я буду вам очень благодарен.
– Мы этих гадов терпеть не можем, – осмелился подать голос другой Сквирз, тот самый, который снял капюшон почесать макушку. Его явно ободрило, что они так славно поладили.
– Моя бы воля, всех их перестрелял бы и смотрел, как они подыхают, – заявил третий Сквирз, до той поры молчавший.
– Ребята, вам делать нечего? – спросил главный Сквирз, он явно считал себя начальником в их фирме.
Работы и правда было немало, так что мусорщики ушли, на прощанье влепив Рубу подзатыльник, и оставили Сквирза-начальника и Клайва-младшего – двух бизнесменов, оказавшихся в затруднительном положении, – наедине. Сквирз опустился на колени у “линкольна”, провел указательным пальцем по царапине.
– Мы все исправим, мистер Пиплз, – повторил он. – Можете мне верить.
– Я в этом не сомневаюсь, – заверил Клайв-младший, его вдруг охватило согревающее чувство доверия. И еще легкая тошнота – возможно, от близости мусоровоза.
– Сообщите мне, во сколько обойдется ремонт, и я сразу же возмещу. Дважды просить не придется.
– Договорились, – согласился Клайв-младший.
Им ничего не оставалось, как напоследок еще раз оглядеть царапину, будто признавая ее серьезность и установившееся между ними доверие.
– Как идут дела? – решился спросить Клайв-младший, когда молчание и благожелательность сделались нестерпимы.
