Я задумалась. Черт… что происходит? Я должна играть роль, а что я делаю? Спрашиваю у незнакомого мужика, что мне делать с моей жизнью? Все идет явно не по плану. Он не хочет знакомиться со мной. Все, что он хочет, ― отвезти меня домой. Роль для такого сценария я не готовила…
– Можем мы хотя бы где-нибудь постоять? ― спросила я. ― Мне бы хотелось поговорить с вами. Спросить совет у вас…
Я пыталась зацепить на крючок уплывающую рыбку. Но водитель огорченно покачал головой.
– Повторюсь, я не хочу брать на себя эту ответственность. Я только говорю, что родительская взбучка ― меньшее из зол, с которыми ты можешь столкнуться сегодня, если будешь гулять ночью в одиночестве. Я все же отвезу тебя домой. Поверь мне, так будет лучше. Скажи, куда ехать.
– Хорошо, ― кивнула я. В голове созрел другой план. ― Впереди, второй поворот направо…
Мы ехали темными грунтовыми дорогами мимо деревенских домов. Что я делаю? Куда я его веду?
– Сейчас еще один поворот…
Мы подъехали к лесу. С одной стороны ― поле, с другой ― чаща. Вокруг не было ни души. Идеальное место…
– Вот здесь, ― сказала я.
– А где твой дом? ― Мужчина посмотрел по сторонам.
– Он недалеко, тут две минуты через лес. Просто там дорога плохая.
– Нет, давай я все же отвезу тебя до дома. Мало ли, что случится…
В боковом зеркале я увидела приближающееся пятно света. Я колебалась, не зная, как поступить. Этот человек ― не из тех, про кого говорила Ника. Мы грабили только плохих, а он был хорошим, правда. Он хотел подвезти меня ― и больше ничего.
«Выходи из машины. Быстро. Через двадцать секунд здесь будут мои друзья. Они вырубят тебя и обчистят твою тачку», ― хотела сказать я, но не смогла. Язык присох к нёбу. Неужели все, что говорили мне ребята, оказалось ложью? Или этот человек передо мной ― просто классный актер, а на самом деле он такой же, как другие?
– Ну, так что? Где твой дом? ― Пауза затянулась. Мужчина ждал ответ.
Я не могла посмотреть ему в глаза. Смотрела то на свои ногти, то на висящий над лобовым стеклом брелок. Самодельная игрушка, сделанная детской рукой. Маленький кособокий серый котенок с глазками-бусинками. Давай же, скажи, что перепутала, что на самом деле твой дом в другом месте и что нужно уехать отсюда, побыстрее… Скажи что угодно, чтобы он нажал на газ.
– Сюда кто-то идет. ― Мужчина посмотрел в зеркало заднего вида.
К машине приближались парни. Я набралась смелости взглянуть на него.
– Прости… ― прошептала я.
В ту же секунду открылась дверь, мощным рывком Ден вытащил водителя из машины. Это произошло быстро, но… мужчина успел посмотреть мне в глаза. Он все понял. В его взгляде я увидела лишь разочарование. Черт, что я сижу?
– Нет, нет! Не трогайте его! ― Я вылетела из салона.
– Кто вы? ― спросил напуганный водитель. ― Что вам надо?
– Мы уборщики. Чистим мир от мусора. Ты знаешь, что это место станет лучше без тебя, ― сказал Юрец и ударил его по голове трубой.
Водитель упал. Я во все глаза смотрела на бесчувственное тело.
– Придурки! Что вы наделали? ― закричала я.
– Что с тобой? Ты чего психуешь? ― удивился Юрец. ― Все идет по плану.
– Вы не должны были его бить! Он не такой, не такой! ― Я подлетела к Юрцу и, сжав кулак, врезала ему по лицу. Меня оттащили Игорь и Тошка.
– Антон, уведи Дашу в автобус, ― сказала Ника.
Я послушно поплелась за Тошкой. В салоне, уткнувшись другу в грудь, разревелась, как маленькая девочка.
– Все хогошо, Даш. Все кончилось. Ты больше никогда не пойдешь на это, слышишь? Никогда.
– Вы не поверите, сколько денег этот упырь носит с собой! ― Влетев в салон, радостный Юрец помахал украденным кошельком. Все расселись, Ден нажал на газ. ― Двадцать косарей! Трогаем, Ден! ― Ха, у него тут фотография… Смотри-ка, какой сентиментальный! Жена, детишки, все при нем.
– Дай сюда, ― потребовала я.
Юрец передал мне снимок. Оттуда улыбались женщина и девочка лет десяти.
– Что вы наделали? ― прошептала я.
Нет.
– Что не так, Даш? ― удивился Юрец.
– Не надо было его бить. Он хороший, не такой, как все.
Ника повернулась ко мне с переднего сиденья.
– Первый раз всегда страшно. Потом будет легче. Ты обрастешь жесткой шкурой. ― Видя мое отчаяние, она попыталась меня подбодрить.
– Но я не хочу обрастать! Не хочу быть бессердечной.
Ника странно посмотрела на меня.
– Даш, нам как-то надо выживать. Я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Первый раз сильно рушит психику. Но поверь мне, не бывает хороших. Они
– Ты просто ненавидишь всех мужиков, потому что тебя в детстве насиловал отчим, ― ответила я. ― То, что мы делаем, ― неправильно. Он не хотел мне зла, я это чувствую.
