Игорь, томный и мрачный, как готический роман, оставался для меня немного загадкой. Хоть он иногда и походил на Юрца, но все же не был таким открытым. А еще, когда я наблюдала за Аней и Игорем, мне часто казалось, что Игорь не столько любит ее, сколько просто принимает любовь. Всегда инициатива исходила от Ани, будь то поцелуи, объятия или фраза «Я тебя люблю». А сама Аня, темная лошадка… Аня была настоящей красавицей. Даже гнев добавлял ей очарования. Она ведь была ревнивой ― и не без причин. Иногда я ловила на себе взгляды Игоря; я думаю, что нравилась ему. Казалось бы, у ребят все было в этом плане как-то просто, Аня запросто отпустила бы Игоря к Нике, а может, и отпускала. Но вот ко мне ― ни за что. Я думаю, она тоже чувствовала между нами необъяснимую связь. Один раз, когда все напились, Игорь обнял меня. Аня делала вид, что все в порядке, но потом устроила мне разборки.
Могу ли я сейчас уйти от этих людей? Чего я хочу? Что я действительно считаю правильным? Мысленно я стала сдирать с себя кожу: фальшь, чужие мысли, наставления, советы, правила ― слой за слоем. Я освобождалась от всего навязанного, искусственного, пока не осталась настоящая «я». И какая же она, настоящая «я»? Во что она верила? Чего хотела? Я не знала. Но настоящая «я» точно устала верить, что только правильными поступками сможет изменить жизнь в лучшую сторону.
Я не могла уйти от них. Было слишком поздно.
– Кто-нибудь, передайте мне бутылку виски, ― сказала я.
И почувствовала, как все выдохнули. Напряжение спало.
Игорь засмеялся.
– Ты вся позеленела! Думаю, тебя рановато было отправлять в горячие точки. В следующий раз с Тошкой в тылу отсидитесь.
Я не стала спорить. Моя смелость куда-то испарилась, чувство было поганое. Я переоценила свои силы. Тошка рядом со мной улыбнулся.
– В тылу так в тылу, ― ровно сказала я.
Когда мы вернулись в квартиру, Тошка заварил всем чай. Сейчас наша компания, сидящая за столом и вяло размешивающая сахар в чашках, напоминала мне толпу уставших студентов после утомительных часов совместной подготовки к сессии.
Мы больше не обсуждали больную тему, просто молча выпили чай и завалились спать.
До Волгограда добирались восемь часов с небольшой остановкой в придорожной кафешке, где-то на середине пути. Сначала вел Ден, потом Юрец. Почти постоянно за окном можно было видеть одну и ту же картину: степи, посевы, провода, столбы контактной сети, небо. Лето умирало. Вдоль обочины желтой полосой тянулись опавшие листья. Поля были убраны. Если раньше все вокруг сверкало сочной зеленью, то теперь ее сменили желто-бурые оттенки, а небо вместо ясно-голубого стало грязно-серым.
В Волгограде мы сняли дешевый гостиничный номер, где было только четыре кровати. Нам притащили еще три пыльных матраса. Койки походили на тюремные нары, обои выглядели так, будто кто-то рисовал на них дерьмом. Ни одна розетка не работала.
Вечером занялись стиркой, развесили вещи на веревках на балконе. Затем поужинали вареными сосисками, макаронами и жареными кабачками, сидя на койках и матрасах. Аня, как обычно, от сосисок отказалась.
Меня все раздражало. Хотелось хотя бы ненадолго выключить окружающий мир, чтобы перевести дух, осознать, что, черт возьми, творится с моей жизнью? Перед глазами стояла красная пелена; казалось, вокруг слишком много красного, хотя в комнате почти не было предметов этого цвета. Я чувствовала себя так, будто у меня на него аллергия и мне срочно нужны антигистаминные. Я перевела взгляд на белый потолок. Отлично, вот моя таблетка от аллергии. Идеальный белый цвет. Он успокаивал меня. Никакого красного.
Туалет, общий на весь коридор, выглядел так мерзко, что я вылетела оттуда через секунду после того, как зашла. Выйдя на улицу, я присела в ближайших кустах.
Заснуть долго не получалось. Перед глазами мельтешили красные точки. Даже зажмурившись, я не смогла избавиться от них. А еще меня кто-то долго и настойчиво кусал. Посветив телефоном, я обнаружила на ноге какую-то букашку. Смахнув ее, я встала, надела спортивный костюм и легла обратно. На соседней койке тоже завозились. Кто-то последовал моему примеру и стал натягивать одежду.
Когда мы обедали, Аня бросила на стол скрепленные листы бумаги.
– Вот! Я нашла нам занятие на ближайшую неделю!
– Что это? ― Юрец схватил сшивку. ― Еще один концерт?
– Нет. Лучше.
– Не пойму… Какой-то журнал.
– Смотри на обороте и читай вслух!
