Дворцовая купальня на манер городской бани разделялась на мужскую и женскую половины. Мужская, что характерно, располагалась налево от входа, женская соответственно — направо, а посередине имелся общий зал, здорово смахивающий на оранжерею, — так много в нем было растений, — где стояли низенькие столики и диванчики. Здесь умытое благородное общество баловалось фруктами и легким ягодным вином.
По случаю позднего часа и проходящих массовых увеселений в другой части замка, в общем зале было тихо и сумрачно, и только проходы к купальням освещались шипящими масляными лампами.
Я, как и полагается приличной женщине, повернула направо и толкнула дверь женской половины. В нос мне тут же ударила смесь разнообразных запахов: медуница, лаванда, клевер, ваниль, крапива и мята. Только за одно это я и любила женскую купальню — здесь всегда приятно пахло.
Из неприметной дверки выскользнула немного заспанная служанка и с легкой заминкой предложила свою помощь. Слуги во дворце относились ко мне по-разному: кто-то старательно делал вид, что не замечает, считая меня так же кем-то вроде обслуживающего персонала, кто-то наоборот полагал, что раз я особа, приближенная к регенту, со мной стоит быть повежливее, а кто-то просто побаивался и старался не попадаться на глаза. Эта служанка была как раз из последних, поэтому, получив на свое предложение отказ, тут же ретировалась обратно в подсобку.
Из вещей я оставила при себе только три кинжала, остальное забросила в шкафчик, закрыла замок, подхватила из стопки чистое полотенце, и только толкнув следующую дверь, ведущую к бассейнам, поняла, что в купальне я все-таки не одна.
В самом дальнем углу обнаружились две хорошо знакомые мне по утреннему обыску барышни. Блестящие глаза девушек, восторг предвкушения на их лицах и общая оживленность ясно говорили о свежее задуманной грандиозной пакости. Я даже непроизвольно попятилась назад, увидав их хищные улыбки, и подумала, не маловато ли оружия взяла с собой. Бояться мне, конечно, и в голову не приходило, но разозленная женщина, жаждущая мщенья, вдвойне опаснее жаждущего мщения разозленного мужчины. А если женщины две… И с разозленным мужчиной судьба сегодня уже сводила… К тому же что-то мне подсказывало, что ни очередной скандал, ни два трупа Аджея не порадуют, а расстраивать его не хотелось.
В общем, я решила не рисковать. Безусловно, существовала вероятность, что девушки замышляют что-то совсем не против меня. Что это я, действительно, о себе возомнила?! Однако проверять это на практике, да еще и после столкновения с Рианом, да еще и перед ночным дежурством, совершенно того не стоило.
Барышни были столь поглощены друг другом, что не заметили, ни моего появления, ни поспешного ухода, а я тихонько притворив за собой дверь и завернувшись в полотенце, потопала в мужское отделение, искренне надеясь, что там никого не окажется.
Собственно так и вышло. На встречу мне выкатился только лысенький пузатенький слуга в рубашке с рукавами, закатанными до локтей, и подвернутых штанах.
— Что прикажет благородный ирье… — привычно начал он, но, присмотревшись, осекся, вытаращил глаза и слабым голосом переспросил: — элисса?! — Надо отдать должное, слуга оказался опытным и с растерянностью справился очень быстро. — Уважаемая элисса! Прошу простить, но вы ошиблись дверью. Позвольте вас проводить…
— В мужском отделении никого нет? — деловито перебила я и, не дожидаясь ответа, шагнула к двери.
— Э… Никого… Но элисса…
— Никого, — согласилась я, закончив осмотр помещения. — И как я полагаю, никто и не появится. В любом случае я быстро управлюсь.
— Но элисса… Вы ошиблись. Вам нужно женское отделение. Оно с другой стороны…
— Любезный, — тон я выбрала верный, потому что толстячок захлопнул рот и даже втянул голову в плечи, — вы знаете, кто я? — Слуга быстро закивал, остановив взгляд на моих кинжалах. — Так вот, именем герцога Рагдара, мужское отделение закрыто для посещений на ближайшую четверть часа. Вы имеете что-то возразить?
— Нет. Но…
— Так все-таки возражения имеются? — я сокрушенно покачала головой и поправила ножны на предплечье.
Беднягу передернуло.
— Нет! — воскликнул он. — Никак нет. Прошу прощения, элисса… Как скажите, элисса…
— Прекрасно. И я надеюсь, вам не составит труда предупредить о… хм… чрезвычайном положении неожиданных посетителей.
— Конечно, элисса… Будьте спокойны, элисса…
— Тогда можете идти, — ласково улыбнулась я.
— О, да!.. Прошу прощения, — толстячок отвесил мне низкий поклон, и при этом зачем-то дрыгнул левой ногой.
Итогом этого, видимо, крайне учтивого пируэта, стал опрокинутый с лавки жестяной таз, с грохотом покатившийся по полу. Слуга подпрыгнул, а потом присел, прикрыв голову руками, что выглядело весьма забавно. Перехватив мой любопытно-ироничный взгляд, толстячок опомнился, подхватил таз, но при этом уронил на пол стопку чистых полотенец, запутался в них, споткнулся, выпустил свою ношу, и упал сам.
В этот момент дверь в общий зал распахнулась, и на пороге появился Адор.
— Что здесь происходит?.. Диана?!
