Готова поспорить, мне снова удалось удивить своего приятеля.
— Да, в общем, ничего особенного, — невинно ответила я. — А вы ступайте, любезный, ступайте. Оставьте все как есть. После уберете.
— О, да… — слуга поднялся с пола и смущенно одернул рубашку, но его глаза, перебежав с меня на Адора, тут же блеснули внезапной догадкой. — Я понимаю!.. О, да!.. Как прикажите… Именем герцога, конечно… Да… Я все понимаю…
Радостно бормоча себе под нос, неуклюже раскланиваясь и бросая на нас косые взгляды, толстячок в обнимку с тазом, наконец-то, выкатился за дверь.
— Диана… — Гвиоль вопросительно поднял брови, ожидая объяснений.
— Адор! — я повисла у него на шее.
Очень верно, кстати, все рассчитала: как раз в этот момент в дверном проеме вновь показалась круглая физиономия местного банщика. Он тихо охнул, хмыкнул, но закрыл дверь раньше, чем Адор успел обернуться.
— Диана, — рука Гвиоля коснулась моей спины, — что это значит?
— Ничего, — выдохнула я ему в ухо. — Абсолютно ничего не значит! — И звонко чмокнув приятеля в щеку, отошла на пару шагов. — Ты меня искал?
— Нет, — ответил Адор. — А что ты тут… — он нетерпеливым резким жестом обвел рукой помещение, — как… и вообще… — Тут его лицо сменило выражение с удивленно-непонимающего на возмущенно-непримиримое. — Диана! Я требую объяснений!
И, конечно же, это его «Я требую объяснений!» относилось совсем не к тому, что я делаю в мужской купальне.
— Давай не здесь, — быстро предложила я. — И, пожалуйста, не кричи так громко, у нас с тобой свидание, в конце концов.
— Свидание?! — у Адора вытянулось лицо.
— Ну, раз уж я здесь, а ты пришел, — объяснила я очевидное.
Очевидное было очевидным только мне, потому что Гвиоль непонимающе тряхнул головой и нахмурился.
— Слуга, — прошептала я, и глазами указала на дверь. — Он думает, что у нас свидание. И совсем не стоит его в этом разубеждать.
— Почему? — тупо переспросил мой собеседник.
— Потому что, — услышав шорох за дверью, я снова повисла на Адоре.
Глаз вновь порадовало круглое раскрасневшееся лицо слуги.
— Ой, извините, — фальшиво воскликнул он, окидывая нас жадным взглядом. — А я вот тут вино… фрукты принес… Еще раз прошу меня простить.
— Диана, что происходит? — недовольно спросил Гвиоль, отстраняясь от меня, когда дверь за любопытным банщиком закрылась.
Я была почему-то уверена, что на самом деле Адор отпускать меня не хотел, но в моих действиях чувствовал подвох, а еще был на меня немного зол.
— Рада тебя видеть, — тихо сказала я.
И это, как всегда, было правдой. Я действительно была очень рада видеть его живым и здоровым. Мне хотелось передать ему глубину моих чувств, дать понять, что он напрасно злится и не доверяет мне. Я не держу камень за пазухой, не пытаюсь его обмануть. Мы с ним на одной стороне.
В этот момент я еще больше уверилась в правильности своих действий.
Мне сложно было объяснить все это словами, и я снова протянула руки, чтобы обнять Адора, но он перехватил мои запястья. Во взгляде его было подозрение и, кажется, даже обида.
— Ты что, мне не веришь? — удивилась я.
— К чему эти женские уловки?! Что за игру ты затеяла?
Ответить я не успела, потому что, во-первых, за дверью опять послышались шаги, причем явно не одного человека, а, во-вторых, полотенце, обмотанное вокруг меня, внезапно развязалось. Я было дернулась его подхватить, но Гвиоль моего маневра не понял и только сильнее сжал запястья. В результате полотенце упало к моим ногам. Адор в ту же секунду разжал руки, я, понимая, что не успею поднять свои импровизированные одежды с пола, и из прикрытия остается только мой приятель, шагнула вперед, обнимая его за плечи, и в этот момент дверь открылась.
— Какого черта?! — рявкнул Гвиоль, оборачиваясь, и тем самым невольно ставя в известность всех желающих относительно моего пикантного вида.
И…
И в комнате повисла пауза.
Основной состав героев застывшей скульптурной группы остался неизменен. Разве что в центральной композиции произошли некоторые подвижки, и конечно поменялись выражения лиц участников, правда, не у всех: Лагри был, так же как и в прошлый раз, бесстрастно спокоен, а я с трудом сдерживала смех. Адор был ошарашен и смущен, Аджей изумлен и раздосадован, а Риан… Взглянув на Риана, мне почему-то расхотелось смеяться. Совсем. От его взгляда мне стало очень холодно и даже неловко. Его глаза были пустые, ни презрения, ни отвращения, ни злости, ни ненависти. Пустые глаза, обращенные на пусто место. И этим пустым местом была я.
— Полагаю, Его Высочества здесь нет, — сказал Рагдар почти нормальным голосом, но все же не удержался от шпильки: — Вижу, Диана, ты приняла к действию мое пожелание.
Конечно, мне следовало промолчать, но я не удержалась:
— Так точно, Ваша Светлость! Согласно вашему распоряжению, провожу время с пользой!
Аджей задумчиво покачал головой и вышел вслед за Наблюдателем. Квентин же задержался. Не обращая на нас внимания, прошел мимо, осмотрел купальню, и только на обратном пути бросил:
— Гвиоль, за мной.
Когда дверь за доверенным лицом герцога закрылась, я быстро шепнула Адору:
