– Прикоснувшись к человеку, я могу видеть его воспоминания и изменять их, если захочу, – призналась она, глядя подруге в глаза.
Эти глаза были так же хорошо знакомы Лене, как и ее собственные. Но она так и не смогла как следует узнать человека, скрывавшегося за этим взглядом. Лена подумала о тех многих случаях, когда Ариана к ней прикасалась. И все воспоминания об их дружбе будто подернулись грязной пеленой. Ариана часто расспрашивала Лену о ночных кошмарах, положив руку ей на плечо. Одна мысль о том, что Ариана проделывала с ней что-то подобное, была невыносима и причиняла Лене почти физическую боль. Ариана проникла не только в ее жизнь, но и в мысли. Все, о чем Лена когда-либо думала, Ариана узнавала и рассказывала остальным.
Года четыре назад Лене пришла в голову замечательная идея вести дневник. Она успела сделать там три записи, а потом забыла на кровати, и его прочитал Даниэль. Там не было ничего из ряда вон выходящего, но сам факт, что кто-то прочитал ее самые сокровенные мысли, поверг Лену в настоящий шок.
В результате она перестала вести дневник и пожаловалась на Даниэля маме. К нарушениям личных границ родители относились очень серьезно. Так надолго под домашний арест Даниэля не сажали ни до, ни после того случая. Но находиться рядом с Арианой – все равно что раздать всем ксерокопии своего дневника.
Лена уже знала, что кто-то из авинданов умеет изменять воспоминания, но почему именно Ариана? Лена впустила ее в свою жизнь, в свой дом, позволила ей войти в свою семью и сойтись с Даниэлем. Наверное, она одним прикосновением влюбила его в себя.
Прикосновение… Учитель физики схватился за Ариану, когда едва не накричал на Лену из-за разбитого стекла и чуть не упал.
– Стекло в машине, которое я разбила… – через силу выдавила Лена.
Дариан расхохотался:
– Это было круто!
Ариана смерила его гневным взглядом за неуместное замечание:
– Если бы я тогда не вмешалась, у тебя были бы неприятности.
– И ты не просто флиртовала с тем охранником в клубе. – Лена вспомнила, как пальцы Арианы коснулись его руки.
Ариана помотала головой.
«Что из того, о чем я думала или что узнала за последние несколько месяцев, было настоящим? Получается, моя комната – не единственное место, куда могут внезапно проникнуть посторонние».
– И как часто ты изменяла мои воспоминания? – с негодованием спросила Лена.
– Всего один раз, – извиняющимся тоном ответила Ариана, – когда ты очнулась в бассейне. Ты видела в воде Финна и хотела об этом рассказать. Я не могла этого допустить. Но с тобой этот эффект длится только до тех пор, пока между нами существует физический контакт. То есть кратковременно.
Лена с грустью вспомнила руку Арианы у себя на плече. Тогда она посчитала этот жест проявлением заботы. А оказалось вон как.
– Но ведь воспоминания Лукаса изменились навсегда. Почему со мной иначе? Потому что я – одна из вас?
Когда Лена произнесла его имя, у нее стало тяжело на сердце. Ариана украла у него воспоминания. Лена слышала, как у нее колотится сердце. Хорошо это или плохо, что это была именно Ариана? «Она видела все, что произошло между нами в парке, – в его мыслях и, видимо, в моих тоже».
– Я не могу изменить твои воспоминания навсегда, потому что ты можешь заглядывать не только в будущее, но и в прошлое, а свое собственное прошлое ты видишь наиболее легко и отчетливо.
Лена вспомнила образы, которые проносились перед ней, когда она целовалась с Лукасом. «Я заглянула в его прошлое во время поцелуя».
Дариан покрутил между пальцами пробирку с кровью:
– И вот мы приближаемся к главному. Почти все тайны раскрыты. Давай, Ариана! Скажи ей все! Тогда мы сможем наконец покинуть этот ужасный мир.
Лена смотрела на Дариана широко раскрытыми глазами.
– Легионеры ведь тоже из другого мира? Это вы привели их за собой?
– Конечно нет! – возмутился Дариан. – Они пришли сами. Из-за тебя! Все только из-за тебя.
Он обвинял Лену так, словно это она пригласила легионеров в этот мир.
– Так, хватит! – Плавным движением головы Ариана откинула длинные волосы за спину. – Дай мне пробирку!
Она шагнула к Дариану, но тот увернулся.
– Нет, теперь, когда Лена знает самое главное, пусть примет решение. Мы скоро вернемся в наш мир, и ты должна пообещать, что отправишься туда с нами и будешь нам помогать, – добавил он, обращаясь к Лене.
Потом он поднял пробирку с кровью Даниэля к солнцу, и темно-красная жидкость засверкала в его лучах.
Лена не смотрела на Ариану, хотя и чувствовала на себе взгляд своей якобы подруги. Вместо этого она посмотрела на Дариана и почувствовала, что тонет в его темных глазах, будто в болоте.
– Обещаю, – решительно сказала она. Если легионеры на самом деле появились здесь только из-за нее, то они снова исчезнут, как только она покинет этот мир.
– Миссия выполнена. – Дариан швырнул пробирку с кровью на крышу и повернулся к Лене: – Теперь ты знаешь всю правду. Мне пришлось пообещать Ариане ничего тебе не говорить. Она хотела сделать это сама, когда ты будешь готова. И я решил, что ты уже готова.
Он громко рассмеялся, увидев растерянные лица обеих девушек.
