Мужчина смерил меня долгим испытующим взглядом, но разговор не продолжил. Выпрямился и застыл, ожидая, что я двинусь дальше. Разочарованно выдохнула. Ну что за люди… Так жалко поделиться информацией? Ничего. У меня в запасе ярая поклонница Кималана в лице старушки имеется. Завтра ее и допрошу. Сейчас важнее выпросить у Грэга день гша. Он будет против незапланированного отдыха. Но когда его несогласие меня останавливало?
На оставшемся до кармыка пути мысли о печати Кималана никак не выходили из головы. Может, он был тем старцем в парке? Но если он заперт в этом мире, то как же добрался до моего? А если это не он, то кто? Творцы? Они, по словам жреца, не вмешиваются в жизни миров. Зачем им награждать меня непонятным рисунком? Старик сказал, я пойму, когда его использовать. Я же пока ничего не понимала.
От досады захотелось что-нибудь пнуть, но, помня недавнее падение, я усмирила бурный порыв. Нужно поберечь силы: еще с Грэгом договариваться. Интересно, если я напрямую попрошу его устроить день гша, он согласится? Ох, интуиция подсказывает, что нет. Слишком он куда-то спешит. Придется, как всегда, манипулировать. Трудное дело. В последнее время муженек приобрел иммунитет к моим уловкам. Привык, видимо. Нужно добавить креатива. Начну я, пожалуй, прямо сегодня.
Почти дойдя до кармыка, я резко сменила курс и отправилась к Наили. Та даже бровью не повела в ответ на мою необычную просьбу – выдала мне желаемое сполна. Видимо, не хотела упускать шанса насолить кадизу: уходя, я услышала ее тихий смешок. Весело ей… Конечно, не ей ближайшие дни терпеть невыносимую вонь от мази, что она дала. Эх… Чего только не сделаешь ради возможности сходить в баньку и обзавестись благодарностью от местных дам.
– Прекрати разгуливать по темноте, – с порога встретил меня недовольный Грэг.
– Так со мной же Баиш, – справедливо возразила я.
– За него и переживаю, – буркнул мой ненаглядный и ушел на свою половину.
Проводила муженька удивленным взглядом. Чудной какой-то. Пожала плечами. Некогда размышлять над перепадами его настроения. Добавлю ему свежих эмоций. Я быстро прошмыгнула к себе за ширму и разделась. Резко выдохнув для храбрости, открыла глиняный горшочек.
Ох, едрить-колотить! Аж слезы из глаз брызнули. Знатная вонища! Наили постаралась на славу, смешивая эту мазь. Одной рукой я зажала нос, а второй начала намазывать на тело гадкую субстанцию. Можно было бы и без этого обойтись, но нужна полная достоверность. Поэтому я, дыша через раз, усердно обмазывала себя прозрачной слизью.
Кажется, достаточно. Я обмоталась куском ткани, которая доходила мне до колен, и двинулась в атаку. Отодвинув ширму, пошла готовить себе чай. Целью было – пройти несколько маршрутов по кармыку и случайно обмазать все, до чего смогу дотянуться. Важно не оставить ни единого кусочка жилья свободным от «чудесного» аромата.
Успела лишь налить воду в медный котелок, как ненаглядный вскинул голову и принюхался. Непонимающе нахмурился. Огляделся. Чуть удивился, увидев меня полураздетой: обычно я себе такого не позволяла. Видимо, запах его привлек куда больше, чем мой вид, и Грэг отвернулся. Затем встал и начал перебирать свою кровать. Закончив с ней, он двинулся по кругу, методично отставляя от стены негабаритную мебель.
– Все в порядке? – поинтересовалась я, незаметно размазывая по центральному шесту кармыка вонючую мазь.
– Кто-то забрался к нам и сдох, – пробубнил Грэг, поднимая очередной ковер.
– Ясно, – равнодушно протянула я и передвинулась дальше, наметив следующей целью большой сундук, в котором Грэг хранил свои вещи.
Поиски сдохшего опоссума (или кто тут у них проживает в степях) продолжались минуты две. Грэг медленно, но неумолимо двигался ко мне. Я же присела у огня, подогнув под себя ноги, и смотрела на тлеющие угли, на которых пыталась вскипятить воду.
Звук усиленного дыхания Грэга становился все ближе. Секунда тишины, а затем он с силой втянул воздух рядом со мной. Зря... Едва сдержала хохот, когда Грэг с невиданной скоростью отскочил от меня. Оторопевший и озадаченный, он предусмотрительно стоял поодаль и во все глаза пялился на меня. Ждет объяснений.
– Что-то не так? – наигранно-удивленно спросила я.
– Ты смердишь, как… как… – он замолчал, пытаясь подобрать подходящее сравнение. Спустя десяток секунд он все же закончил: – Как сотня тогов после недельной случки.
Он скривился сильнее и шагнул назад, не спуская с меня подозрительного взгляда. Я придала своему лицу воздушное выражение и, легкомысленно отмахнувшись, сказала:
– Ах, ты про мою мазь. Да, слегка пахнет.
– Слегка?! – искренне возмутился Грэг и застыл, выпучив глаза.
Воспользовавшись паузой, я затараторила:
– Это очень хорошая мазь. До дня гша мне придется наносить ее на все тело. Ох, это все ороговевшие клетки… – тоскливо произнесла я.
Сокрушенно поджав губы, я пару раз мотнула головой, мол, ты понимаешь.
– Чего? – все еще не выходя из ступора, переспросил Грэг. – Это болезнь такая?
– Нет, – цокнула я. – Когда кожа обновляется, нужно старую удалять.
– Зачем?
– Так нужно.
– Кому?
